Пять лет без Вазифа Мейланова

Прошло пять лет, как общественность Северного Кавказа потеряла выдающегося человека — философа, политолога, писателя, публициста и математика Вазифа Сиражутдиновича Мейланова.

Личность крупного масштаба, человек с очень непростой судьбой, диссидент, в 90-ые годы по вопросам суверенитета и чеченской независимости вставший на позицию, кардинально расходившуюся с позицией московских диссидентских и «демократических» кругов.

Как известно, значение и ценность человеческой личности в конечном итоге определяются ее духовным и интеллектуальным наследием, а значимость жизни — биографией и благородством гражданской позиции. Вот принципиальность и благородство гражданской позиции Мейланова В.С. и есть определяющая доминанта его личности. Эта твердая гражданская позиция, позиция нравственной высоты, не только сделала его моральным ориентиром для дагестанцев, но также привнесла элементы трагичности в его личную судьбу.

«Демократия не должна быть инструментом разрушения государства» — слова эти говорились и повторялись Вазифом Мейлановым в Дагестане конца 80-х – 90-х годов. Повторялись прежде всего для тех скороспелых и яростных «демократов», которые в идеях демократизации общества увидели для себя удобное средство реализации своих личных интересов.

В одну из наших встреч, в начале 90-х годов, я спросил Вазифа: «Не упустили ли Вы из виду в 70-ые годы, в период борьбы с партаппаратом и официальной государственной идеологией, зарождение в стране куда более страшного монстра, представленного уже другой субстанцией, монстра регионального национализма? В условиях Северного Кавказа этот монстр есть синтез из представителей маргинальной этнической интеллигенции, некоторых представителей бывшей госэлиты, расправляющих плечи клерикалов и откровенно криминальных деятелей? Думаю, Вазиф Сиражутдинович, Вы не впишетесь и в этот новый социум!» Помню, что мой вопрос и комментарий его несколько смутили. Но Вазиф прямо и просто сказал мне, что всё чаще об этом думает. А вскоре и события, происходившие в Чечне в 90-ые, удивительным образом способствовали эволюции его мировоззрения, превращению его из либерала европейского типа в патриота-государственника. Несомненно, этому прямо способствовали дагестанские и чеченские реалии, погружение северокавказского региона в архаику средневековья.

Мы помним это время. Время, когда гражданское сознание россиян буквально растлевалось ложными доктринами радикальных реформаторов, упоённых своими успехами в развале государства. Центральная Россия уже была переполнена русскоязычными беженцами из дудаевской Чечни, а московский прогрессивный правозащитный бомонд, к тому моменту уже пораженный духовной и интеллектуальной немощью, предпочитал не замечать катастрофы и продолжал кричать о правах чеченского народа на свободу и независимость от имперской России.

Среди этой вакханалии «правозащитного» прогресса как гром среди ясного неба прозвучал голос Вазифа Мейланова, заслуженного представителя этой диссидентской среды. Сначала были неоднократные выступления Вазифа Мейланова на дагестанском телевидении, его статьи в газетах, а затем и издание работы «Анализ чеченского кризиса», имевшей подзаголовок «Ложные стереотипы российской демократии». Сокрушительные аргументы Вазифа Мейланова, высказываемые в разгар чеченских событий, были настолько сильны и убедительны, что за 20 прошедших лет мне так и не довелось услышать сколько-нибудь серьёзных контраргументов.

В «Анализе чеченского кризиса» выведены поразительно точные формулировки сущности северокавказских проблем, дано философское осмысление принципов ограничения и защиты гражданских свобод, понятия «полицейское государство».

Сегодня, когда векторы развития российского общества все еще не совсем ясны, эта работа Вазифа Мейланова, уже ставшая частью истории общественно-политической мысли, не утратила своей актуальности. Напротив, всё больше обращают на себя внимание данные им критерии для оценки деятельности как местных политиков, так и политиков Центра.

Личность Вазифа Мейланова, его наследие, включающее немалое количество работ, нашей общественности ещё предстоит оценить. Однако думаю, что совсем неплохо было бы отдать должное нашему выдающемуся современнику прямо сейчас, прочитав несколько цитат, взятых с начальных страниц работы «Анализ чеченского кризиса», 1995-1998:

«Я считаю, что необъективное, пристрастное, корыстное освещение и толкование событий в Чечне, в частности, действий федеральных властей, объясняется ближними интересами европейских государств…»

«Сегодня же Запад ломает Россию, демагогически используя демократическую риторику»

«Сегодня задача не только в изменении взглядов людей, исповедующих коммунизм, но и в изменении представлений людей, считающих себя демократами»

«Мы, собственно, и при коммунизме жили не по закону, а по любви: нас заставляли любить: Ленина, Сталина, партию, коммунизм, Советский Союз, марксизм-ленинизм… Заставляли – и потому в советской жизни не было свободы, а была не совсем полноценная, потому что несвободная, любовь к навязанным силой идеалам. Итогом такой жизни стало разрушение в общественном сознании идеи, идеала закона…»

«Чечня, как, впрочем, и Дагестан, и Россия, не дожила до понимания того, что только закон обеспечивает свободу личности…»

«Сплочение в организованную силу в республиках, провозгласивших суверенитет, идет на национальном сознании, организованная национальная сила противостоит всему инонациональному, противостояние выливается в противоборство, противоборство в столкновения, столкновения в кровь. А вы спрашиваете, какая тут причинная связь. Да, суверенитет, в условиях торжества национального мышления, служит средством для достижения национального превосходства на суверенной территории – вот вам связь. Суверенитет и национальные конфликты неразделимы.

Когда же возможен разговор о суверенитете? Когда есть внутренний контроль общества над действиями государства – он-то и может заменить внешний контроль. Внутренний контроль общества обеспечивается не только и не столько структурами демократии (которых в нашем обществе еще нет: свободное телевидение, например, налаживается пока только в РФ), сколько демократическим сознанием…»

«Свобода завоевывается не воздыманием рук несвободных людей, а личным противоборством старой структуре мысли и поведения. Свобода не завоевывается скопом, ее обретают поодиночке. Общество, не понимающее этого, будет несвободным в любой структуре»

«Люди у нас (в Дагестане, и в Союзе) не изменились – в этом причина всех сегодняшних бед. Свободу и новизну надо обретать в старых структурах – это трудно, но только то, что так обретено, и есть свобода. Старые, несвободные, т.е. не уважающие свободы другого, люди в структурах, созданных для людей иного общественного сознания, несут беду и себе, и другим: идут средневековые национальные войны в суверенных Армении, Аэербайджане, Грузии. Сегодня можно было бы добавить: и в Чечне…»

В Дагестане создана инициативная группа по увековечиванию памяти выдающегося правозащитника и социального философа Мейланова Вазифа Сиражутдиновича. Научная общественность республики нашла целесообразным учредить проведение «Мейлановских чтений» в Дагестане по научно-политическому направлению.

Владимир Пархоменко, член Президиума «Собора русского народа»

avatar
  Подписаться  
Уведомление о
Закрыть меню