На пути к будущей моноэтничности

Комиссий по «помощи русским» и программ «помощи» за последние двадцать лет было множество. Но численность русских в Дагестане, тем не менее, неуклонно уменьшается

 

Самое ужасное – резко снизилось качество пока еще не разбежавшихся русских. Квалифицированные инженеры, перспективные ученые, лидеры, способные увлечь за собой, грамотные управленцы покинули республику ещё в начале «лихих 90-х». У тех, кто остался, практически полностью отсутствует способность самостоятельно устраивать собственную жизнь.

Где вы, социально активные русские?!

Что касается казачества, оно остается этнографическим аттракционом для заезжих из Москвы начальников и туристов.

Русская община стремительно стареет. Пенсионеров в два раза больше, чем молодежи. Удельный вес пенсионеров в регионах компактного проживания русских составляет 41,8%. Наиболее высок он в Кизляре – 64,7%. Это отражается на этническом составе учащихся школ региона.

Продолжается снижение доли русской молодежи в вузах республики. Среди студентов на пять курсов одного факультета приходится 1-3 студента «наших».

Реализация мер национальной политики в отношении русского населения требует повышения роли общественных институтов, в том числе национальных общественных объединений, казачества. Но, как известно, в Дагестане каких-то организаций типа НКО по вопросу объединения русского населения нет и в помине. Нет людей, способных организоваться в какую-то группу.

Да, создана программа «Государственная поддержка казачьих обществ в Республике Дагестан на 2014-2016 годы» с общим объемом финансирования 15 млн рублей. Эти деньги собирались направить на проведение учебных сборов и курсов повышения квалификации для атаманов, оплату казачьих дружин, мероприятия по подготовке призывников к несению воинской службы. Предполагалось издание книги о казачестве в Дагестане, оказание помощи казачьим воскресным школам, организация фестивалей, конкурсов, викторин, спортивных состязаний, приобретение костюмов и экипировки.

То есть за два года предлагалось потратить такие деньги на фестивали, костюмы и прочую ерунду.

Может быть, умнее было бы вложить эти средства в помощь русским в сельском хозяйстве, помочь взять необходимое оборудование и стать финансово независимыми хотя бы в каком-то сегменте?!

Так куда возвращаться русским, сбежавшим из республики в места более спокойные?

Дети тех, кто уехал в 90-х, уже не воспринимают Дагестан как родину.

Ну, а те, кто «не нашел себя» на новом месте, вряд ли, вернувшись на старое место, найдут себя. Нормальные профессионалы давно уже влились в общество на новом месте жительства. Чтобы заманить их назад, нужно очень постараться и иметь что предложить.

Да и дагестанцы уже не те безграмотные сельчане с отсутствием сколько-нибудь серьезных жизненных запросов. Подросла или подрастает своя профессиональная элита.

Комиссии, программы по работе с русским населением сводятся к оказанию помощи абитуриентам при поступлении в высшие и средние специальные учебные заведения, устройстве на работу и т.д. С этими задачами руководство республики более-менее справляется. Несмотря на исчезновение множества заводов, где традиционно работали русские, и отсутствие альтернативной занятости на селе.

На коньячный и консервный заводы из-за маленьких окладов не идут ни русские, ни этнические дагестанцы.

Но если за помощью в трудоустройстве обратится русская семья, то с трудоустройством администрация любого района поможет. Нередко даже в ущерб интересам местных. Даже на неплохо оплачиваемую работу пристроят в кратчайшие сроки.

Что касается влияния наших соплеменников в представительных или законодательных органах, то в трех внутригородских районах Махачкалы – Советском, Ленинском, Кировском – председатели муниципальных советов или первые замы непременно русские. В Народном Собрании первый зам. спикера собрания также русский. А этническое большинство в таких органах власти не имеет ровным счетом никакого значения.

Сегодня Центр делает ставку не на этническую принадлежность элиты (подобная практика ни к чему хорошему не привела!), а на создание надэтнической элиты. Она разношерстна и более управляема.

Кланы поставлены в условия, где большую роль играет не этническая принадлежность, а некоторые взаимовыгодные связи. Так, в команде одного тяжеловеса, допустим, даргинца, вполне может быть ближайшее окружение, состоящее из лакцев, аварцев и даже русских. Или же номинально аварский тяжеловес в своей команде может держать совсем разных людей и продавливать совсем не узко-этнические интересы. И Центр перестает даже формально заботиться о русских, так как землю контролируют смешанные группировки, уравновешивающие друг друга.

Руслан Луговой, депутат муниципального собрания, председатель комиссии по местному самоуправлению, законности и межмуниципальному сотрудничеству

 

Запись опубликована в рубрике Важное, Публикации с метками , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.