Вокруг доклада Глазьева кипят бурные дискуссии

Вокруг содержания доклада Сергея Глазьева разгорелась бурная дискуссия. Скорее даже тщательно спланированная информационная атака, цель которой – дискредитировать и самого Глазьева, и высказываемые в его докладе предложения


Сергей Глазьев, как Чубайс, Гайдар, Авен, Улюкаев, Кагаловский и другие прошел обработку в школе Международного института прикладного и системного анализа в Вене, организованного еще в первой половине 70-х с участием Комитета по науке и технике СМ СССР и работавшего под «контролем» КГБ СССР в лице Гвишиани, зятя Косыгина и члена команды Андропова. В 80-е годы принимал участие в ленинградском неформальном сообществе молодых экономистов. Сформировался в «научном центре по подготовке экономической перестройки», Центральном экономико-математическом Институте АН СССР. В начале 90-х занимал важные посты в правительстве РФ. Участвовал в организации «нового экономического порядка» в России.

Как видим, он для российских «либералов» «одной крови».

Но в 1993 году оказался сторонником Верховного Совета и после его расстрела перешел в «оппозицию» к власти.

Оставшись не у дел, не связанный «текучкой» с «либеральной» командой переосмыслил многие положения их позиций и стал продвигать более государственнические и общенародные принципы организации общества и экономической системы.

15 сентября 2015 г., уже будучи советником президента России, Сергей Юрьевич Глазьев сделал доклад на заседании межведомственной комиссии Совета Безопасности РФ «О неотложных мерах по укреплению экономической безопасности России и выводу российской экономики на траекторию опережающего развития».


Вокруг содержания доклада Сергея Глазьева разгорелась бурная дискуссия. Скорее даже тщательно спланированная информационная атака, цель которой – дискредитировать и самого Глазьева, и высказываемые в его докладе предложения.

Первый удар 8 сентября (еще до выступления Глазьева) нанес «Коммерсант», а именно заместитель главного редактора по экономической политике Дмитрий Бутрин в статье «Совет Безопасности и он». А дальше пошло-поехало… «Независимая», АИФ, вновь «Коммерсант», «Форбс» и прочие печатные и электронные СМИ вылили на головы бедных читателей целые океаны пространных комментариев по поводу доклада, а на голову самого Глазьева – море помоев.

Методика уничтожения политического оппонента в российских СМИ отточена до совершенства еще в период бурных политических событий второй половины 80-х – конца 90-х годов и с успехом применяется нашей «независимой прессой» до настоящего времени.

Оппонент высмеивается, обвиняется в корыстных мотивах, его идеи перевираются и искажаются до неузнаваемости, ему приписывается то, чего он не говорил и не писал, ставится под сомнение его компетентность и психическое здоровье, читателя запугивают ужасными последствиями в случае воплощения идей оппонента в жизнь и т.д. Тональность комментариев рассчитана на разные категории читателей и варьируется от псевдоинтеллигентного стеба и ерничанья до откровенного хамства и грубости. Но вот их сущностное содержание будто написано под копирку.

Ольга Соловьева (статья «Экономика а-ля Глазьев» в «Независимой») со ссылкой на экспертов российских частных финансовых компаний утверждает, что реализация идей Глазьева «будет иметь долгосрочные разрушительные макроэкономические последствия». В частности, предсказывается наступление гиперинфляции и очередной виток финансового кризиса.

Сергей Алексашенко (статья «Предложения Глазьева вполне могут быть услышаны российским политическим руководством» в «Коммерсанте»): предлагаемая Глазьевым «парадигма экономической политики … приведет страну к катастрофе».

Владислав Иноземцев (статья «В чём сила, брат?», «Аргументы и Факты») безапелляционно утверждает, что автор доклада пытается оторвать российскую экономику от мировой и тянет нас назад в советское прошлое.

Константин Емельянов (статья «Голос ястребов и дирижистов» (Центр политических технологий) обвиняет Глазьева в том, что он выражает корыстные интересы «силового лобби», которое «раздражено политикой Минфина и ЦБ» и в условиях кризиса пытается «легитимировать свое влияние и на экономическую политику страны».

Директор программы «экономическая политика» московского центра «Карнеги» Андрей Мовчан называет идеи Глазьева «абсурдными» и «насмешкой над опытом всего мира, экономическими знаниями, здравым смыслом». Реализация предложений С.Глазьева, по его мнению, «может привести к последствиям, по сравнению с которыми конфликт на Украине и наплыв беженцев с Ближнего Востока покажутся игрушками» и экономика страны «рухнет».

По мнению Константина Сонина, «познания Глазьева и в области экономической науки, и в области реальной экономики очень малы. Он никогда не публиковался в научных журналах, все его многословные писания – это типичный «самсебяиздат», продукт «советского средневековья» в общественных науках» И это сказано в отношении академика РАН, который в 26 лет защитил кандидатскую, а в 29 – докторскую диссертацию, имеет свыше 180 научных публикаций, занимал должности первого зампреда Комитета внешнеэкономических связей РФ, первого замминистра внешнеэкономических связей РФ!

Николай Вардуль высмеивает положительную оценку С. Глазьевым китайского опыта экономических реформ, обвиняет его в бесплодных мечтаниях о «вишневых садах», которые «столько раз оказывались в лучшем случае развесистой клюквой, а в худшем — откровенным террором над народом».

И так далее, и тому подобное.

Первое, что бросается в глаза при чтении всех этих комментариев – идеологическая направленность перечисленных изданий и специфический подбор авторов.

«Коммерсант» – любимое детище Б.Березовского – всегда принадлежал российским олигархам и был их рупором. О центре «Карнеги» и говорить нечего. Владислав Иноземцев – профессор НИУ «Высшая школа экономики» (ВШЭ), Константин Сонин – бывший проректор ВШЭ, Сергей Алексашенко – старший научный сотрудник той же самой ВШЭ, цитадели отечественных либералов, а научный руководитель ВШЭ, лучший друг Е.Т.Гайдара и президент фонда «Либеральная миссия» Е.Г. Ясин считается «гуру» отечественного либерализма.

Особенно забавно читать критику доклада и предупреждения о катастрофических последствиях реализации содержащихся в нем предложений со стороны Сергея Алексашенко, который в 1995—1998 годах занимал должность первого заместителя председателя правления Центробанка. По своим функциональным обязанностям он отвечал в ЦБ за денежную и валютную политику, формирование рынка государственных краткосрочных облигаций (ГКО), а также за переговоры с МВФ, и именно его бездарная политика привела к дефолту в августе 1998 года.

Он, наверно, мог бы рассказать много интересного о том, куда исчез кредит МВФ объемом $4,78 млрд, выделенный России для стабилизации финансовой ситуации в июле 1998 года (обнаружить следы кредита пыталась Генпрокуратура РФ, которая возбудила уголовное дело №18/221050-98, аудиторская компания PricewaterhouseCoopers и даже американские конгрессмены Дэн Бертон и Майк Пенс, но все бесполезно). В «Новой газете» от 18.10.1999 цитировался один из документов МВД РФ: «Алексашенко С. В., занимая должность первого заместителя председателя Центрального банка, имел в нескольких коммерческих банках рублевые и валютные счета, на которые зачислялись средства, полученные от ГКО.

Только на его рублевый счёт № 42301810400011702985, открытый в Автобанке, за 1998 год поступило 11 крупных платежей. За 1997 год соответственно 6 платежей и 1996 год — 12 платежей на общую сумму около 560 миллионов неденоминированных рублей».

Второе наблюдение касается содержательной части комментариев по поводу доклада Глазьева. Бросается в глаза, что критика носит исключительно деструктивный характер: его идеи голословно, то есть без каких-либо расчетов, объявляются несостоятельными и вредными. Никаких собственных конструктивных предложений относительно того, что нужно изменить в экономической политике государства, авторы комментариев не выдвигают.

Этот факт показывает интеллектуальное убожество наших либералов из ВШЭ, «Коммерсантов» и прочих фондов Карнеги: их скорее можно назвать пропагандистами, чем серьезными учеными, аналитиками и исследователями. Вся их «мощная научная мысль» сводится к бесконечному повторению мантры «Больше свободы бизнесу» и перепевам принципов т.н. Вашингтонского консенсуса (тотальная приватизация государственной собственности, невмешательство государства в дела бизнеса, снижение налогов на бизнес, плавающий курс национальной валюты, снятие любых ограничений для иностранных инвесторов, полная свобода спекулятивных операций и т.д.).

Ничего подобного докладу Глазьева, предлагающему политическому руководству страны научно обоснованный и хорошо аргументированный целостный, комплексный подход к решению накопившихся проблем, наш либеральный «агитпроп», обслуживающий интересы олигархов, в силу своей интеллектуальной нищеты произвести не может.

Отечественных либералов вполне устраивает нынешняя модель экономики – пусть архаичная, тупиковая, сырьевая, но построенная на милых им принципах Вашингтонского консенсуса и позволяющая грабить Россию, чтоб продлить свое безбедное существование. Такова и была цель «перестройки» и «приватизации».

Третье наблюдение касается беспрецедентных масштабов и интенсивности кампании травли Глазьева. Такое впечатление, будто он разворошил осиное гнездо. Возникает вопрос: почему? Ведь и раньше он не скрывал своих взглядов, регулярно выступал на конференциях, публиковался в СМИ, но реакция либералов была близкой к нулю. Возникало даже чувство, что его выступления сознательно замалчивались, чтобы не привлекать излишнего внимания общественности.

На мой взгляд, вся эта истерика либералов в прессе объясняется опасностью для них доклада Глазьева. В отечественной экономике наступил очень сложный период, напоминающий «лихие 90-е». Резко возросшие темпы инфляции, увольнения, замораживание зарплат госслужащих и военнослужащих, снижение зарплат в коммерческом секторе, быстрый рост уровня бедности, – все это стремительно меняет настроения в обществе.

Сейчас только слепой не видит, что в нынешнем состоянии российская экономика обречена вечно оставаться на нефтяной игле, медленно увядать и бесконечно воспроизводить кризисы. Никаких перемен в экономической политике нет, а действия правительства поразительно напоминают «шоковую терапию» времен Е.Т. Гайдара.

Привычно передергивая карты, либералы пытаются оценить доклад в привычных для них пропагандистских клише борьбы за власть между «рыночниками» и «силовиками», хотя никаким «антирыночником» Глазьев не является. Просто существуют различные варианты рыночной экономики: подходы к экономической политике правительств США, Швеции, Южной Кореи, Японии, Саудовской Аравии и Боливии различаются не меньше, чем их внешняя политика.

Предлагаемая им модель в условиях западных санкций в максимальной степени отвечает нашим национальным интересам и задачам сохранения суверенитета, а также учитывает потребности всего общества, а не только ничтожной его части (как показывает анализ текста доклада, Глазьев тяготеет к социально ориентированному типу рыночной экономики, практикуемому странами Северной Европы). Его подходы резко контрастируют с нынешней моделью развития, которая сконструирована по рецептам либералов и представляет собой компрадорский тип рыночной экономики, основанный на безудержной эксплуатации и экспорте природных ресурсов, полной свободе для финансовых спекулянтов и характеризующийся колоссальным социальным неравенством.

В действительности доклад Глазьева отражает запросы и надежды подавляющей части общества и именно поэтому вызвал такую бурную реакцию либеральной тусовки. Либералы видят этот тренд и страшатся будущего.

Народ, который не поддерживает их, они считают «быдлом», «красно-коричневым большинством», и граждане отвечают им тем же. Однако либеральная тусовка располагает мощными позициями в экспертном сообществе и СМИ, но главное – в государственных ведомствах экономического профиля, которые буквально кишат «либералами» всех мастей.

Вячеслав Холодков


avatar

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

  Подписаться  
Уведомление о
Закрыть меню