Служили два товарища

Ахмед Бутаев

Мугуддин Доногуев

О боевом пути Ахмеда Бутаева и Мугуддина Доногуева, всадников Дагестанского конного полка

Герои нашего повествования — выходцы из Дагестанской области, почти ровесники, пройдя плечом к плечу две войны (Русско-японскую 1904-1905 гг. и Первую мировую 1914-1918 гг.), заслужившие многочисленные награды за храбрость и воинскую доблесть, отдавшие свои жизни почти в один день в далекой Польше и оставившие после себя достойную память. Предпринятые за последние годы поиски информации об этих воинах дали достаточно интересные материалы, обнаруженные нами в архивах, библиотеках, частных собраниях, благодаря которым выстраиваются их короткие, но яркие жизненные пути.

Итак, Ахмед Бутаевич Бутаев, «из потомственных дворян Дагестанской области», родился 15 января 1882 г. в селении Кумух. Окончив Темир-Хан-Шуринское реальное училище, 20 сентября 1901 года Бутаев поступает на учебу в Елисаветградское кавалерийское училище, которое он окончил по 1 разряду и был произведен в корнеты 10 августа 1903 г. [5] Данных о том, в какой полк после учебы в училище был направлен для службы Бутаев, нам не известны,

Будущий георгиевский кавалер Мугудин Доногуев, сын всадника Дагестанского конно-иррегулярного полка Алхаса, происходил из аварского аула Чиркей, родился 28 февраля 1883 г. Учился и успешно окончил Темир-Хан-Шуринское реальное училище. Начавшаяся Русско-японская война в 1904 г. внесла коррективы в судьбу молодого человека.

31 января 1904 г. Император Николай II обратился к кавказским горцам, желающим идти на войну с Японией. В связи с обращением был выработан проект о создании Кавказской конной бригады, состоящей из Терско-Кубанского и 2-го Дагестанского конного полка. Последний формировался исключительно для участия в войне с Японией, куда зачислялись добровольцы, которых в те годы именовали охотниками, из числа кавказских горцев, не несущих воинской повинности и частично из действующего Дагестанского конного полка, откуда на войну отправились два родных брата Мугуддина Доногуева. Вместе с ними уехал и Ахмед Бутаев, который 7 апреля 1904 года был командирован во 2-й Дагестанский конный полк в чине хорунжего [4].

21 июня 1904 г. дополнительным набором М.Доногуев поступает на службу всадником во 2-й Дагестанский конный полк и с другими такими же добровольцами отправляется также в Маньчжурию в зону боевых действий.

2-й Дагестанский конный полк прославился своими боевыми делами буквально с первых дней войны, активно участвовал в многочисленных боевых действиях, начиная от перестрелок, обычных и дерзких рекогносцировок для выявления сил противника, до отчаянных, смертельно опасных атак. Не исключением были Бутаев и Доногуев. Например, Ахмед Бутаев был два раза ранен, за боевые заслуги получил ордена: св. Анны 4 степени с надписью «За храбрость» (1904 г.), св. Станислава 3 степени с мечами и бантом (1905 г.), св. Анны 3 степени с мечами (1905 г.), св. Станислава 2 степени с мечами (1905 г.) и чин сотника [6].

Мугуддин Доногуев также достойно представляя себя в военных действиях против японцев, был представлен к Знаку Отличия Военного ордена 4 степени. В Российском государственном военно-историческом архиве (Фонд Кавказской конной бригады) нам удалось обнаружить некоторые подробности награждения Доногуева. Выясняется, что он вместе с младшим урядником Андреем Мельниковым и всадником Гаирбеком Кайтмасовым «втроем вызвавшись добровольно охотниками, 30 июля проползли ночью в занятую японцами деревню Тандиана и, высмотрев силу их, вернулись обстрелянные обнаружившим их при возвращении противником» [9]. Но и это еще не все. В послужном списке Доногуева имеется дополнительная информация, а именно: «За отличия в рекогносцировках отряда генерал-майора князя Орбелиани 27-31 июля и 1 августа представлен к знаку отличия Военного ордена Георгия 4-й степени 7 августа 1905 г.» [8].

По окончании войны 5 августа 1905 г. М.Доногуев, проявив себя с самой лучшей стороны, награжденный еще и медалью «в память Русско-японской войны», направляется для поступления в Елисаветградское кавалерийское училище, куда прибыл 29 августа и был зачислен в младший класс юнкером на правах вольноопределяющегося. 12 июня 1906 г. он переводится в старший класс с производством в войсковые унтер-офицеры.

Окончив училище по 1 разряду, Высочайшим приказом от 14 июня 1907 г. Доногуев производится в корнеты с определением в 23-й драгунский Вознесенский полк [8], который вскоре будет называться так – 8-й Уланский Вознесенский Ея Императорского Высочества Великий Княжны Татьяны Николаевны полк с местом дислокации в уездном городе Бельцы Бессарабской губернии. Здесь Доногуев прослужил два с небольшим года. По данным Кавказского календаря на 1910 г. он уже числится в 1-м Дагестанском конном полку [3]. С чем был связан такой переход? По всей вероятности быть ближе к своим братьям Зайнуддину (ротмистр, командир 6-й сотни) и Шамсуддину (поручик) Доногуевым, служившим здесь уже не один год.

Здесь же в 1-м Дагестанском конном полку достойно служил и его бывший однополчанин Ахмед Бутаев (сюда он был переведен поручиком сразу же после окончания Русско-японской войны[14]), который к октябрю 1909 года был уже в чине штабс-ротмистра. В ноябре 1913 года Бутаев назначается командиром 3 сотни, а 12 мая 1914 года он в чине ротмистра [6]. К этому времени Бутаев имел семью, жену, уроженку Тифлисской губернии «вероисповедания евангелически-лютеранского» и сына шести лет [7]. Семья Доногуева также состояла из жены и трехлетнего сына.

Служба в полку, в общем, проходила спокойно, помимо учений, отдельные сотни полка иногда принимали участие в коротких походах «для содействия гражданским властям», то есть для поимки преступников.

С началом Первой мировой войны ситуация резко изменилась. К началу войны 1-й Дагестанский конный полк входил в состав 3-й Кавказской казачьей дивизии, которая в свою очередь состояла в 3-й армии. Здесь необходимо отметить следующий факт. Начавшаяся Первая мировая война «вызвала появление в составе Императорской Российской конницы новой боевой единицы, и притом – территориального характера: Кавказской туземной конной дивизии, именовавшейся в военном обиходе «Дикой»; она вскоре же прославилась своими боевыми действиями…» [2]. В состав знаменитой дивизии входил 2-й Дагестанский конный полк (а также Кабардинский, Чеченский, Татарский, Черкесский, Ингушский), состоявший из охотников, т.е. добровольцев, вольноопределяющихся и прикомандированных офицеров различных подразделений российской армии, в том числе и из 1-го Дагестанского конного полка. Таким образом, сразу два дагестанских конных полка принимали участие в боевых действиях на фронтах войны.

Дать полные данные о составе 1-го Дагестанского конного полка не представляется возможным, поскольку дела в Российском государственном военно-историческом архиве в Москве частично утеряны и частично находятся в россыпи. Свой боевой путь полк начал с участия в Галицийской битве.

Не вдаваясь в подробности (их и так немного) боевой службы Бутаева и Доногуева, стоит отметить, что воевали они достойно.

Как следует из информационной справки в архиве внешней политики Российской империи, повествующей о службе российских мусульман в Первой мировой войне: «трех наград (ордена св. Анны с надписью «За храбрость», ордена св. Анны 3 ст. с мечами и бантом и ордена св. Станислава 3 ст. с мечами и бантом) удостоился поручик Мугудин Доногуев за многократное участие в опасных разведках и отбитие в пешем строю атак сильнейшего противника» [1].

Архивные данные свидетельствуют и о службе Ахмеда Бутаева. Так 28 октября 1914 года «проводя разведку боем, сотня 1-го Дагестанского конного полка под командованием ротмистра Бутаева взорвала часть железнодорожного пути в направлениях Дембице-Тарнов и Тарнов-Шуцин» [11].

О доблести дагестанцев, проявленных ими в боях, можно судить по рапорту и.о. командира полка подполковника Табасаранского начальнику штаба 3-й Кавказской казачьей дивизии: «Ротмистры Мусалаев, Доногуев и Бутаев за кампанию 1904-1906 гг. уже имеют все младшие ордена. Больше представлять их не к чему. Прошу, если есть возможность, Вашего указания, как быть с их дальнейшим представлением. Можно ли просить о Высочайшем благоволении или подарков по чину» [13]. В данном случае имеется ввиду Доногуев Шамсуддин, старший брат Мугуддина, который вместе с еще одним братом Джамалуддином также достойно проявил себя в военных действиях.

Особенно отличились дагестанцы 6 августа 1915 году у деревни Рокитно. Ситуация складывалась таким образом, что 48-я и 49-я пехотные дивизии предприняли контратаку, которая закончилась неудачно. Обозначился прорыв левого фланга 48-й дивизии. Цепи 49-й дивизии залегли перед окопами противника под убийственным огнем вражеских пулеметов. 3-я Кавказская казачья дивизия получила приказ остановить противника в направлении Рокитно, чтобы облегчить атаку 29-го корпуса. Атака дивизии имела следующий вид: первая линия – Кизляро-Гребенский полк, вторая линия – 1-й Дагестанский конный полк, третья линия – Екатеринодарский конный полк. Атакующие части должны были преодолеть 4 версты артиллерийским и пулеметным огнем.

В бой полк повел лично командир 3-й Кавказской казачьей дивизии генерал-лейтенант Хелмицкий. Конная атака была встречена огнем тяжелой артиллерии, а перед окопами – пулеметами. Кизлярцы с дагестанцами прошли окопы противника, прорубив пехотные цепи, но встреченные с правого фланга убийственным огнем, отошли. Полки дивизии отходили спокойным шагом. Шестая сотня дагестанцев со штабс-ротмистром Абациевым отходила последней, подбирая убитых и раненых.

1-й Дагестанский конный полк потерял трех человек убитыми и двух ранеными [12].

В рапорте и.д. начальника штаба 3-й Кавказской казачьей дивизии подполковника Лазарева начальнику штаба 3-й армии генерал-майору А.А. Посохову после описания конной атаки, приводятся данные о потерях: «Огонь был очень силён и потери, как в людях, так и в лошадях очень большие… Дагестанского конного полка убит штабс-ротмистр Доногуев, тяжело ранен подполковник Бутаев (умер на другой день), ротмистр Хандиев, штабс-ротмистр Фёдоров, прапорщик Чеэров. Под командиром полка полковником Мальсаговым убито две лошади, под его помощником, подполковником Котиевым, также убиты две лошади. Ранен тяжело ординарец генерал-майора Маргания прапорщик Дубина. В конно-сапёрной команде, большая часть которой была на линиях, непосредственно со мной оставалось 10 чел., из них ранено 4. Потери выясняются, одно можно сказать, что их много» [10].

Августовский номер газеты «Русский инвалид» так информировал читателя о произошедших событиях у деревни Рокитно: «Убиты: штабс-ротмистр Доногуев Мугуддин Алхасович. Ранены: подполковник Бутаев Ахмет Бутаевич» [15].

Итак, казалось бы подведена черта короткой жизни героев двух войн. Однако предстояло еще выяснить, где были похоронены Бутаев и Доногуев.

Обычно гроб с телом убитого офицера отправляли на родину покойного, но среди родных Доногуева старшего поколения никто не подтвердил, что его привезли домой. Стало быть, похоронен он в районе места боя, т.е. близ деревни Рокитно.

Следующим этапом наших поисков было выявление деревни Рокитно. Как мы выяснили, деревни с таким названием существуют в Белоруссии, Украине и Польше. Письма специалистам, занимающимся поисками захоронений времен Первой мировой войны, в Белоруссию и Украину не увенчались успехом. Но вот в 2008 г. данные о смерти Доногуева были выложены нами на форуме истории и реконструкции «Великая война 1914-1917 гг.» в интернете. Тема заинтересовала форумчан, были даны дельные советы, в конце концов, определилось и место нахождения деревни Рокитно – Польша! Более того, на призыв откликнулся и специалист из Польши Венчислав Ковальски, который и указал точное место этой деревни, на окраине которого и располагалось кладбище военных захоронений.

Изготовив в Махачкале табличку с надписью: «Здесь похоронен штабс-ротмистр Дагестанского конного полка Мугуддин Доногуев (с.Чиркей, Дагестан), погибший 6 августа 1915 г. в бою у деревни Рокитно. Да смилостивится над ним Всевышний!», летом 2009 г. мы отправились в Польшу. Деревня Рокитно представляла собой небольшой населенный пункт с прекрасным лесом, в котором и находилось военное кладбище, огороженное аккуратным забором и содержащееся в абсолютной чистоте. Несколько рядов могил с одинаковыми деревянными крестами, выложенные булыжником. На кладбище похоронены как немцы, так и воины Российской армии, погибшие в том самом бою 6 августа 1915 г. Оказывается, в местных краях существовала традиция, когда все разрозненные могилы в регионе собирались в одно место, как правило, в чаще леса, и покойные перезахоранивались на одном общем кладбище. В сельской управе Рокитно даже имеются данные со списками похороненных. Но вот, к сожалению, имена немцев известны, а российских военных – нет. Таким образом, прикрепив на ограде нашу табличку в начале российского ряда захоронений, в котором лежал Мугуддин Доногуев, мы посчитали наши поиски законченными. Если сам он похоронен в Польше, то его жена Айханум покоится на кладбище города Махачкалы, а единственный сын Мурад в г. Бурса (Турция).

Что касается захоронения Ахмеда Бутаева, то по рассказам старожилов тело убитого подполковника привезли в его родной аул Кумух, где похоронили, и где по сей день сохранилась его могила, которую мы обнаружили с помощью коренного жителя селения Кумух Исы Халидовича Абдулаева. Почему же этого не сделали с Доногуевым? По нашему предположению суть заключается в следующем. Доногуева, также как и других погибших похоронили в тот же день в районе места боя, исключительно тяжелая обстановка на фронте не позволила уделить должного внимания к покойному офицеру. А. Бутаев же, как гласит документ, был тяжело ранен, и по всей вероятности отправлен в тыл, в лазарет, где на следующий день скончался. В данном случае, следуя положению, касающегося захоронениям офицеров, тело А. Бутаева в гробу с сопровождением из лазарета отправили в Дагестан.

Такова судьба двух всадников 1-го Дагестанского конного полка, героев двух войн, жизнеописание которых нам удалось осуществить после многолетнего безмолвия.

Список литературы

1. АВПРИ. Ф. 144 «Персидский стол». Оп. 490/з. Д. 45 в. Л. 23-26
2. Арсеньев А. Кавказская Туземная конная Дивизия // Военно-исторический вестник. – Париж, 1958. № 12. С. 7.
3. Кавказский календарь на 1910. Тифлис, 1909. Часть 2. С. 351.
4. Козубский Е.И. История Дагестанского конного полка. – Петровск, 1909. Приложения. – С. 90.
5. РГВИА. Ф. 408. Оп. 1. Д. 605. Л. 4 об.
6. РГВИА. Ф. 408. Оп. 1. Д. 605. Л. 5.
7. РГВИА. Ф. 408. Оп. 1. Д. 605. Л. 5 об.
8. РГВИА. Ф. 409. Оп. 1. Д. 23131. П/с 4272. Л. 1-2.
9. РГВИА. Ф. 15239. Оп. 1. Д. 3. Л. 127-128 об.
10. РГВИА. Ф. 5168. Оп. 1. Д. 28. Л. 1-3.
11. РГВИА. Ф. 5168. Оп. 1. Д. 49. Л. 19.
12. РГВИА. Ф. 5168. Оп. 1. Д. 49. Л. 57
13. РГВИА. Ф. 5168. Оп. 1. Д. 362. Л. 80.
14. Русский инвалид. 1906. 28 апреля, № 93.
15. Русский инвалид. 1915. 12 августа. № 176.

Автор: Доного Хаджи Мурад, доктор исторических наук, профессор Дагестанского государственного университета

Подписаться
Уведомление о
guest

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

0 комментариев
Inline Feedbacks
View all comments
Закрыть меню