О правильном и неправильном национализме

  • Post category:Статьи

Смысл рассказа о Вавилонской башне – Что такое истинный национализм – Две задачи истинных националистов – О национальных болезнях – Две хитрости врагов человечества – Что препятствует созданию союза народов России – О национальной самообороне.

Прежде, чем говорить о национализме, следует уяснить, ЧТО (или КТО) есть народы и зачем их создал Бог. В чём ценность нации с библейской точки зрения?

1. Смысл рассказа о Вавилонской башне

Наши богословы, насколько я знаю, на этот вопрос не отвечают. Они ограничиваются словами о том, что Бог разделил человечество на «языки», чтобы оно, утратив взаимопонимание его составляющих, не смогло достроить Вавилонскую башню – этот символ их противления Богу.

Получается, что, создавая народы, Бог имел исключительно негативную цель: не допустить. Но почему же тогда народы не вернулись к общему языку после того, как разошлись по Земле и забыли о Вавилонской башне? Почему в дальнейшем стали возникать новые и новые народы? Какая в этом был нужда? Православные богословы на эти вопросы не отвечают. И даже, похоже, не задумываются над ними. Как и православные философы.

А потому и приходится нам, простым людям, не философам и не богословам, отвечать самим на эти вопросы по своему разумению. Кто как сможет.

Мне думается, что причина разделения человечества на разные народы была в том, что единство человеческого рода в его противостоянии Богу (а строительство Вавилонской башни как раз и было символом такого противостояния) было полной противоположностью тому праведному единству, которое нужно Богу. Праведное единство соединяет людей с Богом и раскрывает в них высшие их возможности, а ложное их единство закрывает для них дорогу к Небу и открывает дорогу вниз – в ад или в какое-то его подобие.

Праведное единство отличается от неправедного, в частности, тем, что в первом случае, по мере приближения народов к Богу, степень их свободы возрастает, а по мере их удаления от Него она сокращается. Хотя люди, в последнем случае, как правило, не замечают этого сокращения или даже воспринимают своё удаление от Бога как приобретение всё большей свободы.

Это подобно тому, как по мере привыкания к наркотику, т.е. усиления зависимости от него, степень свободы наркомана сокращается, но понимание этого обстоятельства подавляется в нём всё большим влечением к наркотику. И лишь после избавления от этой зависимости человек оказывается в состоянии определить подлинную меру свободы, которую он приобрёл. Понять, что его свобода от Бога была отказом от самого Источника свободы.

Нечто подобное происходит и с разумом человека, который связан как-то таинственно с его свободой. Разум человека по мере приближения к Творцу тоже растёт и постигает недоступное ему ранее, а по мере удаления от Бога мутнеет и превращается в безумие (при полной уверенности человека в том, что его разум здоров и цветёт в полную силу). «Сказал безумец в сердце своём: «Нет Бога»» (Пс. 13, 1).

Поэтому человечество, противопоставившее себя Богу, было обречено на утрату своей свободы и своего разума. Если бы оно достроило башню до конца и разошлось в разные стороны, то сохранило бы и общий язык, в котором были выражены его безбожные понятия, и свою память о символе своего единства в виде богопротивной башни. А потому и в местах своего нового расселения стало бы воспроизводить, скорее всего, её подобия.

Вавилонский грех, если бы его завершение было попущено Богом, стал бы не только сопоставимым по своей тяжести с первородным грехом, но и завершил бы его. Это было бы уже окончательное отпадение людей от Бога. Человечество уподобилось бы в этом случае предпотопному человечеству, которое извратило свою природу настолько, что Бог уничтожил его практически полностью.

Сотворение народов было чудом, проникнуть в тайну которого мы не можем. Её знает только Творец. Но приблизиться к пониманию этой тайны мы можем, как мне представляется, посредством аналогии. Аналогия не объясняет сути дела, но намекает на неё посредством сравнения.

Разделение единого человечества на самостоятельные его части было освобождением их от гипнотической власти дурного их целого. Как если бы какая-то могучая сила вдруг разделила толпу, объятую паникой, и вырвала каждого из паникующих из этой толпы. После чего, оказавшись наедине с собою, человек стал бы приходить в себя и действовать в дальнейшем хорошо или плохо, но уже более или менее свободно. Более или менее разумно.

В толпе, охваченной паникой, каждый не только заражается общим настроением, но и сам, поддаваясь ему, усиливает его. Здесь происходит взаимоиндукция паникующих, и в результате степень их безумия возрастает.

Поэтому человечество, отпавшее от Бога и уподобившееся паникующей толпе, было обречено на возрастание в нём его безумия и на полную утрату своей свободы.

Но этому помешал Бог. Сотворение народов было спасением человечества и началом свободного превращения их в истинное человечество.

Цель Творца, насколько мы в состоянии её понять, была в том, чтобы каждый «язык» по мере своего свободного развития убеждался всё больше как в своей объективной зависимости от Бога, так и в спасительности для себя этой зависимости. Чтобы каждый народ всё больше постигал, каким должен быть его правильный строй. Каким должен быть правильный строй личности, семьи, общины, нации и государства. И, далее, в соответствии с логикой правильного их построения, каким должен быть строй всего человечества и всего мироздания в целом.

Вот какая простая и, вместе с тем, грандиозная задача. Вот та положительная цель, которую, думается, преследовал Творец, создавая народы.

Народы старше по своему происхождению и Государства, и Церкви. Если бы не было Народов, то не было бы и этих двух институтов. Господь создал поначалу народы, затем государства, а затем и Церковь. Создал поначалу культурную почву в виде народов, затем удобрил её государственностью, а затем уже высадил в эту удобренную почву Церковь.

И всё это дело шло не гладко, потому что помощниками у Бога были не совершенные люди, а люди порочные, больные первородным грехом. Кто в большей степени, кто в меньшей. Но, хоть и грешными руками, это дело всё-таки делалось и делается до сих пор.

А чем оно закончится, мы не знаем. Мы знаем лишь то, что оно зависит не только от Бога. Оно зависит также и от всех нас. Захочет ли человечество стать помощником Бога в деле своего собственного спасения? Или не захочет? Захочет ли стать помощником Бога по этой части хотя бы один народ?

Таков, думается, смысл библейского рассказа о Вавилонской башне и сотворении народов. Этот смысл хорошо согласуется с тем, что происходило в последующей истории, и с тем, что происходит сегодня у нас на глазах.

У нас на глазах воздвигается новая Вавилонская башня в виде безбожного «нового мирового порядка» или, как его ещё называют, «глобализма». Эта новая башня не похожа внешне на древнюю Вавилонскую башню, но суть её та же самая. Смысл её в том, чтобы оторвать человечество от Бога и замкнуть умы людей на самих себе. Лишить человека тем самым образа и подобия Божия. Вернуть человечество к донациональному его состоянию, но уже на более высоком техническом уровне, чем это было раньше.

А для этого требуется разрушить всё, что создавалось Богом и людьми с образованием «языков». Разрушить национальное сознание, а вместе с ним и национальные культуры народов; подчинить государство владельцам мировых денег (т.е. тем же строителям новой Вавилонской башни) и тем самым извратить его высокое назначение; подчинить интересам нового Вавилона саму Церковь или, по меньшей мере, нейтрализовать её.

Вся эта работа ведётся, по возможности, скрытно от человечества. Маскируется самыми лукавыми предлогами. Что и понятно. Если бы строители новой Вавилонской башни не скрывали своих лиц, своих целей и действительного характера своей работы, то человечество давно восстало бы против них и разгромило их дело.

Итак, вот первое, что следует уяснить всем людям для их спасения: нация есть институт, с разрушением которого загнивает не только государство, но и сама Церковь. Уяснить это важное обстоятельство – и соединить свою заботу о Церкви не только с заботой о возрождении правильного государства, но и с заботой о возрождении правильной нации.

2. Что такое истинный национализм

НАЦИОНАЛИЗМ это, прежде всего, ЛЮБОВЬ К СВОЕМУ НАРОДУ. Это высокое чувство, без которого невозможна полноценная жизнь ни самого народа, ни его представителей. Это источник их силы и творчества. Это желание каждого истинного сына своего народа и каждой истинной его дочери принести ему пользу в том или ином отношении. Причём бескорыстно. Хотя именно бескорыстие правильно созидает человека, и в этом величайшая для него выгода.

Если человек любит свой народ, то он трудится на него. Он защищает его от любой агрессии против него и от любой хулы на него. Любить свой народ и не защищать его невозможно.

Вот почему национализм так опасен для разрушителей народов. Вот почему они стараются опорочить любовь человека к своему народу. Изобразить её не любовью, а чем-то нечистым в нравственном отношении. Стилизуют её под проявление эгоизма.

С этой целью они внушают людям, что все народы равны по своей ценности, а потому-де нехорошо делать какое-то исключение для своего народа. Надо одинаково относиться ко всем народам и всем их представителям. Иначе в каждом народе восторжествует, якобы, национальный эгоизм, а он есть источник вражды и войн между народами.

Если распространить эту «логику» на другие родственные отношения между людьми, то получится, что нехорошо любить свою мать и отличать её от других матерей. Кто любит свою мать больше других матерей, тот уже, якобы, эгоист. Все матери одинаково ценны, а потому надо одинаково относиться ко всем. Как и ко всем детям. Не отличать своих от чужих. И своего мужа не отличать от чужих мужей, не оказывать ему предпочтения.

Чтобы скрыть мошеннический характер своей пропаганды, враги народов никогда не сравнивают принадлежность к своему народу с принадлежностью к своей семье. Они понимают, что это убийственное для их пропаганды сравнение.

А свой народ, если он находится в более или менее здоровом состоянии, это действительно своя большая семья, состоящая из множества малых семей. Структура такой большой семьи отличается от структуры малой семьи и степень близости членов нации отличается от степени близости членов семьи. Но эта близость между соплеменниками всё-таки есть, и она является необходимым условием правильной жизни всякой малой семьи. Потому что только в родственной ей среде семья сохраняет своё здоровье. В среде же инонациональной или, тем более, безнациональной она заболевает и вырождается. О чём убедительно свидетельствует разрушенное состояние семьи в современных разрушенных народах России, Европы и Америки.

(Об этом я писал несколько подробнее в статьях «Здоровая семья как условие национальной безопасности России» и «Апология национальной общины. Shimanov. narod. ru).

Враги народов умалчивают о взаимозависимости семьи и нации, как, впрочем, и о взаимозависимости всех основных институтов общества – Семьи, Национальной Общины, Нации, Государства и Церкви. Потому что осознание этой взаимозависимости cделало бы людей способными возродить эти институты в новой силе.

Но к сказанному выше о любви как образующей нацию силе надо добавить, что она несёт на себе печать нашей общей повреждённости первородным грехом (не говоря уж о наших личных и наших родовых наследственных грехах, которые тоже её уродуют). Наша любовь, как правило, далека от совершенства, но она всё-таки есть. У кого ближе к совершенству, у кого дальше от него. Она может быть и сильной, она может быть и слабой, она может быть и больной. В той или иной степени, в том или ином отношении. А больная любовь может действительно стать причиной межнациональной вражды и межнациональных конфликтов.

Но одно дело отличать человека от его болезни и другое дело ставить знак равенства между ними (как это делают враги народов).

Любви нет альтернативы. Без любви погибнет весь мир. Поэтому её нельзя перечёркивать на том основании, что она может быть и бывает в каких-то случаях больной.

В любви происходит преодоление человеческого эгоизма. Как в любви человека к Богу, так и в любви к его ближним. А любовь к своему народу это естественное развитие любви к своим ближним. Не будет этого распространения любви на свой народ – зачахнет со временем и любовь к своим родственникам, зачахнет и любовь к своей семье, зачахнет и любовь к самому Богу.

Любовь к своему народу это могучая сила, без которой невозможны ни здоровый в нравственном и умственном отношении человек, ни здоровое в нравственном и умственном отношении общество.

Равнодушие к своему народу порождает эгоистов всех мастей и степеней, от коррумпированных чиновников до замкнутых на свои личные и лично-семейные интересы обывателей. Равнодушие к своему народу это причина нравственного и умственного гниения общества и государства.

3. Две задачи истинных националистов

Народ объединяется в единое целое не только своей национальной идеологией, но и своим душевным складом, своим общим прошлым, своими песнями и многими другими своими особенностями. Однако самая главная организующая его связь это его национальная идеология. Это его основа, с разрушением которой тают все другие национальные его черты.

А самой важной частью национальной идеологии являются идеи и нормы, организующие народ религиозно, национально, семейно и общинно. К ним примыкают другие важные идеи и нормы, в числе которых идеи и нормы, определяющие характер отношений данного народа с другими народами. Отмахнуться от этой последней темы не может ни один народ. Сама жизнь заставляет его раскрывать её так или иначе, лучшим или не лучшим образом. И от того, как он её раскроет, будут зависеть последующий его характер и последующая его судьба.

Здесь уместно опять сказать о сходстве семьи и нации в их отношениях с другими семьями и народами. Подобно тому, как любовь к своей семье не означает ненависти или презрения к другим семьям, так и любовь к своему народу не означает ненависти или презрения к другим народам. Наоборот, любовь к своему народу учит людей понимать и уважать законные их чувства и интересы.

Хотя это сравнение, как и всякое сравнение, не совсем точно. Народ по сравнению с семьёй более сложное образование. Поэтому отношения между народами запутаннее и конфликтнее, чем отношения между семьями. Но в целом это сравнение правильно и потому позволяет понять, какими должны быть правильные отношения между народами.

Правильные отношения между народами не сводятся только к их невмешательству во внутренние дела друг друга. Это и посильная их взаимопомощь. Это и осознание ими общих своих интересов в региональной и в мировой политике. Это и осознание ими той простой истины, что ни один народ в отдельности не в силах противостоять могучей силе организаторов «нового мирового порядка». Предполагающего, на первом этапе, подчинение народов чуждым их началам, а затем, на втором этапе, полное их разрушение.

Вот почему истинный национализм стремится не к национальному эгоизму или к национальной замкнутости, а к организации СОЮЗА НАРОДОВ против их разрушителей. Стремится не к разжиганию конфликтов между народами, а к их преодолению ради общего их спасения.

К сказанному добавлю, что есть ещё и другая причина тяги народов друг к другу. Это уже не внешняя причина, а внутренняя. Это осознание народами общего их родства в Боге и стремление, в ходе их совершенствования, к утверждению родственных отношений между собою.

Это стремление подавляется сегодня господствующими в народах эгоистическими настроениями, поэтому оно пока почти незаметно. Но оно есть в глубинах человеческой природы, и ему принадлежит будущее. В том, разумеется, случае, если народы будут совершенствоваться, а не сгниют в своём эгоизме.

Пушкин пророчествовал о том времени, «когда народы, распри позабыв, в единую семью объединятся». Хотя этот идеал, как и всякий идеал, недостижим в человеческой истории, пренебрегать им нельзя. Правильные идеалы это путеводные звёзды для людей и народов. Без них мы слепы. А если слепы, то и бессильны. Без правильных идеалов и стремления приблизиться к ним мы обречены – либо на одиночество, либо на явную или скрытную взаимную борьбу, в которой никто не может стать победителем, кроме дьявола.

Истинный национализм, таким образом, не только не противоречит истинному интернационализму, но гармонично с ним соединяется. Всё дело в том, как понимать этот истинный интернационализм. Если как дружбу народов ради их растворения друг в друге, то это несомненное зло. А если как дружбу народов ради спасения их неповторимых лиц, то это добро.

Как правильная религия учит людей подавлять их эгоистические инстинкты, так и правильный национализм учит народы подавлять свои эгоистические инстинкты и вырабатывать всё более высокие нормы в межнациональных отношениях. Что возможно лишь при постоянном совершенствовании национального сознания в каждом народе. А консервация национального сознания или, тем более, его примитивизация – это путь в пропасть.

Итак, истинные националисты ставят перед собою две положительные задачи. Первая из них – самоорганизация своего народа. Вторая – создание оборонительного союза народов против их разрушителей.

Начинать надо с первой задачи. Пока нации нет, пока на её месте разрозненное и бессильное население, никакие союзы представителей этого населения с другими народами невозможны. С пустыми местами не считаются, их занимают, и обижаться на это обстоятельство не умно. Поэтому надо начинать с превращения пустого места в занятое место, что невозможно без самоорганизации народа и его частей в местах их проживания.

На первом этапе первой задаче следует отдавать 99% усилий истинных националистов. А на втором этапе и на последующих этапах усилия решить вторую задачу должны возрастать до размеров, необходимых для её решения.

Хорошо жить в окружении дружественных народов, помогающих друг другу. И ещё лучше будет, если их круг охватит всё человечество. Но для разрушителей народов это будет, конечно, плохо. Это будет для них полная катастрофа.

4. О национальных болезнях

Болезнями национализма являются шовинизм и национальный эгоизм. О них уже говорилось выше. Это опасные болезни, поэтому разъяснение их опасности должно стать составной частью всякой национальной идеологии. Если в национальной идеологии нет такого разъяснения, то, значит, она неполноценна или даже уродлива в своей основе.

Шовинизм и национальный эгоизм это почва для выращивания вражды между народами, которая должна переходить, по мере её усиления, в борьбу между ними. А борьба, по мере её усиления, должна переходить в межнациональные войны.

Натравливая народы друг на друга, враги человечества отводят им тем самым глаза от самих себя как главной для них опасности.

Но строителям «нового мирового порядка» нужны не всякие войны между народами, а такие, в которых самые опасные для них народы обессиливают друг друга. И ещё такие войны, в которых менее опасные для них народы сообща обессиливают более опасный для них народ.

Организация таких войн – дело, естественно, не простое, но и не такое сложное, чтобы заинтересованные в нём силы могли от него отказаться. Уж слишком выгодны эти войны для них. США сказочно разбогатели на двух мировых войнах, а европейские народы, наоборот, обеднели и попали в финансовую зависимость от США.

Но войны выгодны для их организаторов не только в экономическом отношении. В ходе войны погибает значительная часть каждой из воюющих сторон, причём, в основном, мужчин в расцвете их сил. При этом погибают, как правило, лучшие их представители. Сила и качество нации с каждой большой войной снижаются. Если бы это были действительно необходимые для жизни нации войны, то утрата цвета нации в ходе таких войн как-то компенсировалась бы возрастанием национального сознания в народе. Однако такое бывает редко. Гораздо чаще бессмысленность войны и связанные с нею лишения и зверства ожесточают народ, не поднимают его сознание, а опускают. Такое явное опускание сознания европейских народов произошло в результате Первой мировой войны, а в результате Второй мировой войны оно было менее заметным, но всё-таки было. Поэтому не случайно русский народ, вынесший на своих плечах основную тяжесть этой войны и проявивший в её ходе высокие нравственные качества, затем надломился и стал превращаться в народ-обыватель, жадный до материальных благ и готовый поступиться ради них своими духовными ценностями.

Кроме того, шовинизм и национальный эгоизм опасны ещё и тем, что обеспечивают врагов человечества драгоценной для них возможностью спекулировать на этих болезнях национального сознания. Враги человечества в своей пропаганде скрывают от населения правду о спасительности здорового национализма и представляют национализм исключительно в его болезненных проявлениях. С тем, чтобы, во-первых, оттолкнуть от национализма подавляющее большинство населения, и, во-вторых, привлечь к уродливым формам национализма какую-то его часть и увеличить тем самым человеческий материал, пригодный для использования в антинациональных целях.

Одним из способов дискредитации национальной идеи является доведение её до абсурда. «Нет ничего выше нации, а кто с этим не согласен, тот её враг. А что делают с врагами? Врагов надо уничтожать». Нечто подобное провозглашалось в «фашистской» (1) Германии, выращенной не без помощи американских и европейских банкиров. Зачем понадобился Гитлер мировому банковскому капиталу? Чтобы, во-первых, дискредитировать национальную идею в глазах народов, и, во-вторых, использовать Гитлера для организации Второй мировой войны. После этой войны национализм в странах Европы был поставлен фактически вне закона.

Что характерно для стилизации национализма под самую уродливую его форму – т.н. «нацизм»? Нарушенная логическая связь. Она проявляется двояко.

Во-первых, как уже говорилось выше, из того обстоятельства, что возможны уродливые формы национализма, никак не следует, что всякий национализм есть уродство. Если среди людей бывают горбатые, то из этого совсем не следует, что все люди горбаты.

И, во-вторых. Если национализм это опасная болезнь, то опасной болезнью надо считать национализм всех народов без исключения. Однако логика в данном случае отсутствует. Обвинения в «фашизме» распространяются сегодня только или главным образом на русских националистов, но не распространяются на националистов других народов. Так, например, эти обвинения плавно обходят еврейский национализм и национализм некоторых других, союзных с Западом, народов. А почему?

Ответ напрашивается простой. Как уже говорилось выше, строители новой Вавилонской башни разрушают народы не все подряд, а выборочно, начиная с самых опасных для себя народов. Чтобы затем приняться за менее опасные. А уж потом и за остальные.

Если судить по той травле, которой подвергаются сегодня русские националисты, то самым опасным для себя народом эти строители считают русский народ.

Но для дискредитации национальной идеи нужна не только её стилизация под гитлеровский «фашизм». Нужны все виды её извращения. Гитлеровский «фашизм» плох в том отношении, что он слишком безумен. Поставить свой народ выше Бога или даже вровень с Ним это такая крайность, на которую большинство людей не способно. Поэтому нужны другие виды безумия, менее очевидные и, следовательно, более приемлемые для них. Тех же щей да пожиже влей, – и обеспечишь массовость безумия среди своих противников.

Ради дискредитации национальной идеи вполне достаточно признать право твоего народа на власть над другими народами и обосновать это право теми или иными соображениями. В этом случае вражда других народов к твоему народу будет обеспечена, потому что право на свободное устроение своей жизни это условие существования всякой нации.

Далее: Зачем выставлять право своего народа на власть над другими народами? Для большинства националистов эта претензия тоже чрезмерна. Значит, надо позаботиться и о них. Тех же щей влить ещё пожиже. А для этого заявить, что твоему народу нет дела до остальных народов. Их проблемы это их проблемы, а мы будем заботиться лишь о себе.

Такая декларация будет тут же растиражирована врагами человечества и донесена до соседних народов. А как эти соседние народы отреагируют на неё? Об этом догадаться не трудно.

Если вам на нас наплевать, – скажут они, – то и нам на вас наплевать тоже. Мы будем искать союзников среди других народов. И объединяться с ними против вас, потому что от народа-эгоиста ждать ничего хорошего не приходится.

В этом случае даже малые народы, оттолкнутые большим народом и объединённые против него, станут для него серьёзной опасностью. Они будут опасны не своей собственной силой, а силой строителей новой Вавилонской башни, способных организовать эти малые народы, объединить их, обеспечить их всем необходимым для борьбы с большим народом и использовать эту борьбу в качестве предлога для навязывания ему своей воли.

Как в любом малом обществе эгоизм его членов разрушает это общество и превращает его в псевдо-общество, так и в международных отношениях эгоизм народов делает невозможным их объединение и обрекает их тем самым на неизбежное поражение в борьбе с общими их врагами.

Русский народ это самый нешовинистический народ среди больших народов мира. Но это не значит, что среди его представителей нет нетипичных для него особей. В большом народе (и, тем более, духовно разрушенном в ходе его катастрофической истории) можно отыскать почти любой тип. Или изготовить его из подходящего человеческого материала.

Таких нетипичных представителей русского народа можно выявить, а затем помочь им выйти на политическую арену. Конечно, не всякую особь можно поднять на такую высоту. Какие-то личные качества для этого необходимы. Какой-то талант. Но одного таланта недостаточно для того, чтобы стать политиком. Для этого нужны деньги, связи, реклама. Нужна организационная поддержка. Нужны умные подсказки специалистов.

Если ты не полезен сильным мира сего, то никакой талант тебе не поможет. Они тебя не заметят или даже раздавят в сутолоке событий.

А если ты нужен, то тебе помогут таким образом, что об этом не узнает никто. Как из мухи делают слона, так из тебя сделают крупного национального политика, чтобы ты заслонил своими экстравагантными идеями типичные мысли и настроения своего народа.

Нет, инструктировать тебя по этой части никто не будет. Иногда, может быть, намекнут осторожно на то или иное обстоятельство. Но не более того. Инструктируют агентов, а ты не агент. Агенты опасны тем, что они слишком много знают и способны, если в них заговорит совесть, рассказать всем всю правду о себе и своих хозяевах. Агенты могут стать разоблачителями политической закулисы. А что может рассказать политик, которого используют «в тёмную»? Лишь о своих подозрениях, которым грош цена. О подозрениях, которые ничего не доказывают. Мало ли кому что взбредёт в голову. Вот почему использование «в тёмную» – это главный способ манипуляции политиками в капиталистическом мире. И не только национально ориентированными политиками. Нет, политиками всех направлений.

Используют «в тёмную» тех, чьи идеи и цели полезны строителям «нового мирового порядка». Полезны – или в стратегическом отношении, или в каких-то конкретных политических ситуациях.

Такие, казалось бы, вполне самостоятельные идеологи и деятели могут и не догадываться о том, что им кто-то помогает.

Но далеко не все так наивны. Менее наивные догадываются о своей зависимости от сильных мира сего. Как и о том, чего от них те хотят. А как они поведут себя после этой догадки – зависит от качества их личности. Насколько она корыстна (или бескорыстна) в своей политике.

По человеческой слабости, соблазн подыгрывать тем, кто подыгрывает тебе, конечно, велик. Превращение мухи в слона не может не нравиться мухе. Как приятно сознавать свою значимость. Поэтому муха втайне благодарна тем, кто её раздувает. И сама помогает своим помощникам творить из себя нужный им образ.

Вот она строит из себя нового фюрера – не иностранного, а своего, православно-русского. Говорит очень правильные слова, но связывает их с такими идеями, которые не вяжутся ни с Православием, ни с традиционным строем русской души. Кроме того, она связывает правильные идеи с позами и жестами, характерными для легко узнаваемого персонажа. И украшает себя свастикой. Правда, не той, что была у Гитлера, а своей, славянской.

Инсценировки такого рода должны давать двойной эффект, о котором уже говорилось. Они должны, с одной стороны, отталкивать от русского национализма огромные массы русского населения, что для врагов русского народа как раз и нужно. Однако, с другой стороны, они должны привлекать к «русским фашистам» не только нетипичных представителей русского населения, но и таких духовно ограбленных русских людей, которые не успели разобраться в сложностях национализма.

Такие русские люди доросли до понимания того, откуда льются помои на русский народ и кому принадлежат «наши» СМИ, а потому и воспринимают преподносимую ими информацию с обратным знаком. Если вражеские СМИ кого-то поносят, то это, скорее всего, правильный человек. А если он отстаивает русские интересы, то и подавно.

На этом непонимании лукавства антирусских СМИ как раз и ловят начинающих мыслить национально русских людей. На непонимании ими того, что отрицательная реклама это тоже реклама. Что в современных российских условиях она – могучее средство выращивания полезной для себя оппозиции.

Как рассуждают строители новой Вавилонской башни? Скорее всего, так: «Оппозиция, – думают они, – всё равно неизбежна. Поэтому лучший способ борьбы с нею – создать её самим, сделать её гнилой изнутри, но привлекательной для невежд снаружи. Не перебарщивая, конечно, по части её привлекательности. Всё хорошо в меру».

В этом случае оппозиция будет бессильной и, в принципе, управляемой её создателями. А что может быть лучше такой оппозиции? На это не жалко никаких денег.

К сказанному можно добавить, что оппозиция не должна состоять из одних только уродов. Этим она выдала бы свой искусственный характер. Нет, в ней (особенно в русской оппозиции) должны преобладать правильные, по видимости, политики, задача которых обеспечить внутреннее её бессилие.

А чем оно достигается? В первую очередь, бессилием её мысли. А бессилие мысли обеспечивается, в свою очередь, отсутствием правильно организованных публичных дискуссий на самые важные для судеб страны темы. Вместо обсуждения этих тем – тысячи монологов самых разных авторов и ораторов на второстепенные или даже третьестепенные темы. Эти монологи, никак не связанные внутренне друг с другом, забываются читателями и слушателями через какое-то время или создают в их головах хаос противоречащих друг другу мнений. Но идейный хаос не может организовывать людей, он их дезорганизует.

Организовать их способна общая система взглядов, которая должна вырабатываться ими сообща, а она как раз и не вырабатывается. Отсюда неэффективность наличной русской мысли и, как следствие, русских общественно-политических организаций. И эта неэффективность сознаётся русскими энтузиастами со временем всё отчётливее. Сознаётся и порождает разочарование их в своём национальном движении и в своём народе, не откликающемся на столь правильные призывы к объединению.

А вслед за разочарованием начинается и увядание самих энтузиастов, затухание их интереса к судьбе столь бестолкового народа. Погружение их в сугубо личные и лично-семейные проблемы, которые тоже гнетут всех и которые не могут решаться правильно в больном обществе. А могут лишь множиться и множиться. Происходит естественное умирание русского движения за возрождение русского народа.

Вот как умно придумано.

Но вернёмся к нашим бледным копиям немецкого оригинала.

Новый фюрер должен смело преувеличивать число своих сторонников в тысячу раз, а то и больше. И ему охотно поверят все пишущие и вещающие русофобы. Они не допустят опровержения его слов. Они вдолбят их в сознание своей необъятной аудитории. Чтобы весь мир знал, что происходит в России. Что в ней растёт не по дням, а по часам, «русский фашизм», способный растерзать хрупкие ростки демократии и поработить национальные меньшинства. А затем стать угрозой для всего человечества.

Эти вещающие русофобы прекрасно знают, что на самом деле число «русских фашистов» – микроскопическое меньшинство по сравнению со всей массой русского населения. Знают и то, что на самом деле у нас происходит не порабощение русскими национальных меньшинств, а нечто прямо противоположное. Знают, но никогда не скажут об этом публично. Им это запрещено их хозяевами.

Одна из главных задач, поставленных перед средствами массовой дезинформации, – создать зловещий образ русского национализма. И ещё одна задача, с нею связанная и не менее важная, – создать отвратительный образ русского народа, т.е. раздуть его пороки и закрыть ими его прекрасные черты. Делается это не столько для того, чтобы оскорбить русских, сколько для того, чтобы не позволить им любить свой народ. Ведь любовь всегда связана с прекрасным образом того, кого любишь. Или, по меньшей мере, с какими-то прекрасными его чертами. А если их нет, если они закрыты его уродствами, то и любовь оказывается невозможной. А без любви к своему народу его сынов и дочерей невозможен и сам народ. Он держится их любовью. А потому и разрушается с исчезновением их любви. И вместе с ним разрушаются его сыны и дочери, которые тоже невозможны как нравственные и мыслящие существа без своего народа.

Вот что скрывается за систематической хулой в адрес русского народа, звучащей с телеэкрана и со страниц почти всей российской печати. Происходит духовное убийство русского народа. Преступление более страшное по сравнению с разжиганием розни между народами.

Вот почему я совсем не удивился, когда прочитал о скандале в Израиле в связи с тем, что агенты израильской разведки разворовали деньги, предназначенные для «финансирования русских фашистских организаций» (Ю. Мухин «Тайны еврейских расистов», Москва, 2005г., с. 58). Я удивился другому. Не тому, что «русские фашистские организации» финансируются из-за рубежа, а тому, как могли израильтяне допустить саму возможность рассекречивания столь секретного дела. Вот тебе и евреи.

Мне рассказывали, что когда кто-то обвинил А.П. Баркашова в фашизме, то он возмутился и сказал: «Я не фашист, я нацист». И я думаю, что он мог так сказать. «С великим удивлением, – писал В.В. Кожинов, – прочитал я недавно «позицию» Александра Баркашова, лидера «Русского Национального Единства, где он признаётся в своём преклонении перед политической фигурой Гитлера…» (В.В. Кожинов «Пятый пункт», М. 2005, с. 236-237).

Как рассказывают, другой вождь русских националистов, Д.Д. Васильев, называл себя публично «православным фашистом» и любил фотографироваться на фоне свастики, стилизованной по-славянски.

Свастикой метил и Баркашов свои брошюры, в которых многие правильные мысли (например, о необходимости русского национального единства, о вампирическом характере капитализма и др.) дискредитировал этой свастикой и своим преклонением перед Гитлером.

«А что плохого в свастике? – скажут мне, может быть, некоторые русские националисты. – Это же наш древний арийский знак».

Так скажут очень плохие политики, не понимающие того, что это для них самих славянская свастика – древний арийский знак, никак не связанный с Гитлером. А для большинства населения нашей страны и других стран она с ним связана. В их глазах славянская свастика это символ «нацизма», слегка замаскированный славянской его стилизацией. Тем более, что эту связь славянской свастики с «фашизмом» (или, точнее, с «нацизмом») публично подтвердили сами русские национальные «вожди».

Можно клеймить невежество человечества, не способного подняться на уровень мышления поклонников славянской свастики, но не считаться с этим невежеством значит быть политическими недотёпами. Подлинные политики всегда считаются с умонастроением своего народа. Да и с умонастроениями других народов тоже. Подлинные политики знают, что абсолютное большинство русского населения никогда не читало брошюр, в которых провозглашается священный смысл свастики для арийцев. А если бы даже и прочитало их, то, думается, не приняло бы их. Потому что русские люди, болеющие за русский народ, болеют, прежде всего, за него, а не за русофобствующих арийцев Запада. Русские люди в своём подавляющем большинстве связывают свастику не с далёким языческим прошлым, а с арийцами Гитлера, жертвой которых стала в ходе Великой Отечественной войны едва ли не каждая русская семья.

Вот почему надо очистить русское движение от свастик всякого рода. Очистить русское движение от подражаний чужим и, главное, уродливым типам национализма. И объяснить всем русским и всем не русским людям, почему эти знаки и типы национализма для нас неприемлемы.

Это одно из условий действительного возрождения русского народа.

5. Две хитрости врагов человечества

Правильный национализм невозможен без правильного представления националистов об окружающем их мире и, в частности, о тех хитростях, которые используют враги человечества для разрушения народов.

Остановлюсь здесь только на двух хитростях, может быть, самых главных из их числа. Или двух из самых главных.

Первая хитрость заключается в том, чтобы противопоставить права человека правам его народа. Не сочетать их разумно, а раздуть права человека до таких противоестественных размеров (например, до его права быть педерастом), чтобы выдавить ими из господствующего правосознания права его народа практически полностью.

Но что будет, если отнять у народа его право на самоорганизацию? Он разрушится и превратится в массу разрозненных обывателей, беззащитных перед всякой посторонней организованной силой. Формально такой обыватель будет обладать всеми правами, записанными в конституции, но фактически с ним можно делать что угодно. И никто его не спасёт. Без своего народа человек беззащитен. Даже самый сильный и богатый человек, если он вне своего народа, беспомощен перед мафией. А перед финансовой мафией, если он окажется на её пути, тем более.

Кроме того, разрозненные обыватели обречены на затухание в них высоких мыслей и чувств. Обречены на затухание их религиозного и национального сознания, а потому и нравственности. Они обречены на развитие в них эгоистических наклонностей. По мере развития этих наклонностей таких людей становится всё легче подкупать и противопоставлять друг другу. Их всё легче привлекать в организации, полезные строителям новой Вавилонской башни. А со временем будет ещё легче. Потому что с ослаблением в человеке его разума и нравственности его природа становится подобной воску или пластилину, из которых можно лепит какие угодно формы.

Вот как интересно придумали враги человечества. Обобрали человека до нитки, – и всё ради него самого. Лишили его образа и подобия Божия, – и тем обогатили его. Сделали его пластилином в своих собственных руках – и всё это при салютах в честь человека. При самых торжественных заверениях его в том, что он как раз и является мерой вещей.

Вытащить рыбу из воды и дать ей все права, кроме права вернуться в родную для неё среду обитания, – вот что такое «права человека» в безбожном их толковании. Истинные права человека всегда в согласии с правами его народа. А истинные права народа всегда в согласии с истинами Откровения.

Вот с чего следовало бы начинать правильное учение о человеке. И правильную педагогику. И правильную социологию. Но не для того штампуют у нас учителей и мыслителей, чтобы они понимали сами эти простые истины и доносили их до своих учеников. А с прямо противоположной целью.

Это первая хитрость строителей новой Вавилонской башни.

Вторая хитрость заключается в том, чтобы скрыть от людей само строительство новой Вавилонской башни. Чтобы они видели своими физическими глазами это строительство, но не понимали происходящего. Чтобы они думали, будто новый мир не строится кем-то сознательно, а растёт сам собою, стихийно.

Чтобы создать такую иллюзию, следовало скрыть главных руководителей этого строительства и сосредоточить внимание людей на подробностях бытия, от подробностей их истории до подробностей природного и технического мира. Сделать их узкими специалистами, не способными думать ни о смысле всего бытия в целом, ни о смысле человека и общества.

Но сначала два слова о сокрытии главных руководителей. Если бы они были у всех на виду, то всем стало бы ясно, что строительство новой Вавилонской башни это не чей-то бред, а сама реальность. В этом случае люди стали бы думать, хорошо это строительство или плохо. Нужно оно им или не нужно. Понимание происходящего сделало бы людей мудрыми и энергичными противниками безбожного мира. Спасая себя от него, они стали бы созидать свои собственные миры, основанные на ценностях религии, нации и семьи. И объединяться против врагов человечества. А такое объединение стало бы катастрофой для строителей новой Вавилонской башни.

Вот почему они не могли и не могут открывать людям своё высшее руководство. Скрывая своих главных руководителей, они маскируют тем самым самих себя и своё дело.

Логика здесь проста. Никакое большое строительство невозможно без его руководителей. Без руководителей можно построить сарай или небольшой дом. Но строительство большого дома без руководителей уже невозможно. А строительство во всемирном масштабе тем более. Нет руководителей такого строительства – значит, нет и самого строительства. Значит, нет и его строителей. А есть лишь разнообразные интересы отдельных личностей, отдельных групп и объединений самого разного характера и масштаба. Есть их сотрудничество, есть их противоборство. Есть естественный ход истории, то ли стихийный по своему характеру, то ли подчинённый каким-то ещё неизвестным законам истории. Только-то и всего.

А теперь о том, как следовало опускать умы людей, чтобы делать их не способными понимать происходящее в истории. Не способными понимать даже то, что происходит с ними самими.

Их следовало приучать, как уже сказано выше, к «мелкоскопическому» мышлению. Т.е. не системному, а такому, когда та или иная частность затмевает целое. Когда за деревьями не видно леса.

Такое антисистемное мышление было бы невозможно среди христиан, если бы наши православные богословы не проигнорировали тему общества. А они её проигнорировали. Поэтому наука об обществе стала достоянием тех, кто о Боге не думал или думал о Нём всё меньше и меньше. А затем исключил Его полностью из круга своих интересов. В результате наука об обществе превратилась в безбожную науку, в науку без организующего её духовного Центра.

Следствием стало торжество центробежных процессов в науке, т.е. сосредоточение внимания учёных на как бы разбегающихся от бывшего центра и не связанных между собою частностях бытия. И, в особенности, на таких частностях, которые можно использовать с пользою для людей. Или с материальной выгодой для них. И, разумеется, с выгодой для дельцов и для самих учёных.

Наука стала приобретать постепенно всё более коммерческий характер. Её включили в круг своих интересов промышленники и коммерсанты и, в конце концов, подчинили её себе. Она стала служить не истине и добру, а духу маммоны. Интерес же его служителей состоял не только в том, чтобы обогащаться всё больше материально, но и в том, чтобы закрепить свою власть в мире окончательно и оправдать её идейно. И, что не менее важно, оправдать её пропагандистски.

Этим оправданием как раз и занимается современная наука об обществе. Она оправдывает царство маммоны, т.е. капитализм, разными способами, из которых основным является не откровенная его апология, а сокрытие безбожной и бесчеловечной его сути.

А какова наука, такова и система образования. Эмансипированная от смысла жизни наука породила и соответствующую ей педагогику. Т.е. лже-педагогику, задача которой готовить будущих коммерсантов и персонал для коммерческих предприятий.

Отсутствие истинного смысла жизни, который невозможен без Бога и служения Ему, компенсируется у обучаемых сегодня школьников и студентов погоней за развлечениями и наслаждениями в свободное время, а у более думающих из них – стремлением к достижению материального успеха в жизни. Как можно жить в нищете? Будет материальный успех – будут и сопутствующие ему удобства, причём не только материальные. Будет материальный успех – и ты проявишь свои лучшие качества.

Включение в гонку за материальным успехом закрепляет внимание человека на связанных с нею проблемах и делает его не способным думать о предметах высоких – о смысле своей жизни, о смысле общества и смысле человеческой истории. Только-то и всего. Но этого вполне достаточно для того, чтобы люди утратили способность понимать происходящее в истории, в современном мире, в своей стране и даже в своей частной жизни.

Воспитание их низкоумия – вот лучший способ маскировки строительства новой Вавилонской башни.

Вырваться из почти всеобщей гонки за материальным успехом так же трудно, как наркоману избавиться от наркотической зависимости. Здесь каждый невольно возбуждает своей низкой настроенностью своё окружение, а оно, в свою очередь, заражает и возбуждает этой общей низкой настроенностью каждого. Здесь происходит нечто подобное тому, что происходило в древнем человечестве при вызревании в нём идеи Вавилонской башни.

Победить эту злую силу невозможно без уразумения её конечной цели и способов, которыми она пользуется.

6. Что препятствует созданию союза народов России

Выше говорилось о том, что сегодня ни один народ не может противостоять в одиночку объединённым силам разрушителей народов. Из чего следует, что народы должны объединиться ради своей самозащиты. А для этого гасить конфликты между собою и выстраивать новую, ещё небывалую в истории, систему своих взаимоотношений.

Мне могут сказать: сегодня русским враждебны все – и Запад, и российские иноплеменники, и затопляющие нас гастарбайтеры, и сама Российская власть с её антирусской политикой. Исключений из этого правила почти нет. В этих условиях призыв к созданию союза народов против их разрушителей есть утопия. И утопия вредная, потому что она отвлекает русских от главной их задачи – сопротивления наступающим на них чужакам.

Если на тебя нападают, то – как не защищаться? А если защищаться, то – как размышлять при этом о каком-то союзе народов? Или даже о национальном возрождении русского народа? Поднять его весь на сопротивление – вот это и будет национальным его возрождением. Или, по крайней мере, началом его возрождения.

Отвечая на эти возражения, надо признать, что сочетать две задачи – организацию русской самообороны и работу по самоорганизации русского населения в русскую нацию (а в дальнейшем и работу по выстраиванию союза народов) – не лёгкое дело. Это намного труднее, чем сосредоточиться на одной самообороне. Однако без самоорганизации русских в русский народ русская самооборона будет беспочвенной и потому бессильной. А о неспособности разрозненных народов сопротивляться их разрушителям уже сказано.

Утопией является не мысль о необходимости русской самоорганизации в национальном масштабе и последующей самоорганизации народов в единый союз, а надежда на то, что русская самооборона, сама по себе, решит все проблемы.

Мне могут сказать, что российские инородцы, да и другие соседние народы, не способны по своей природе на подлинный союз с русским народом. Они так глубоко завязли в своём национальном эгоизме, что подняться на столь высокий нравственный уровень не в состоянии. Если даже какие-то отдельные их особи поднимутся на этот уровень, то их выдавят из своей среды эгоистичные их соплеменники. Или просто раздавят, чтобы не соблазняли других.

Мне могут сказать, что даже в том случае, если бы произошло чудо и российские народы пошли на союз с русским народом, то этот союз всё равно просуществовал бы недолго. По той причине, что традиционный способ их мышления, связанный с национальным их эгоизмом, делал бы их близорукими по части понимания всей сложности организации такого союза. Каждый из этих народов заботился бы в этом союзе не столько об общем их интересе, сколько о своём собственном. И потому взаимные их претензии (и, особенно, их общие претензии к русскому народу) развалят этот союз. Или превратят его в такое сообщество, в котором русский народ будет опять донором для других народов, как это уже было в императорской России и в Советском Союзе.

Но и в этом последнем случае такой союз всё равно не продержится долго, потому что русское ядро, истощаясь, будет в нём таять, а вес паразитирующих на нём российских иноплеменников будет увеличиваться. И так до тех пор, пока ядро ослабеет настолько, что перестанет стягивать всех в одно целое. После чего союз развалится на «независимые народы», т.е. зависимые целиком от строителей новой Вавилонской башни.

Я думаю, что опасность, описанную выше, надо учитывать. Но не для того, чтобы запугивать себя ею, и не для того, чтобы перечёркивать ею мысль о необходимости союза народов. А для того, чтобы будущие союзники знали заранее о подстерегающей их опасности. И позаботились заранее о том, чтобы не допустить краха своего союза.

Кроме того, в рассуждении о ничтожестве российских народов бросается в глаза вопиющая его однобокость. Современное их положение и состояние оценивается по низшему разряду, а положение и состояние русского народа по высшему. Хотя на самом деле русский народ сегодня это почти полностью разрушенный народ. И российские народы, в отличие от русских националистов, видят его именно с разрушенной его стороны, а не с какой-то иной. Потому как догадаться о высших качествах русского народа по современному его состоянию почти невозможно. Об этих высших его качествах не догадывается сегодня даже большинство самих русских с их промытыми русофобской пропагандой умами. Но как же, в таком случае, винить за ту же самую слепоту российских иноплеменников? Которые, кстати сказать, не в меньшей степени жертвы той же самой русофобской пропаганды. Если не в большей.

Миллион русских детей, брошенных своими родителями или бежавших от них в городские трущобы. Пустота в головах русской молодёжи, избежавшей подобной участи. Отсутствие организующих человека и общество идей в головах русских родителей и учителей. Сексуальное растление подрастающего поколения, не встречающее заметного противодействия со стороны взрослых русских. Армия русских проституток, заполонивших просторы Европы и бьющих своих конкуренток дешевизной своих услуг. Четыре, если не больше, миллиона абортов, совершаемых ежегодно русскими женщинами. Пьянство, курение, матерщина и другие цветы зла, расцветающие сегодня среди русских подростков. Почти всеобщая сосредоточенность русских на своих личных и лично-семейных проблемах, делающая их не способными думать об обществе. А думать о своём народе – и подавно. И, как следствие, полная разрозненность русских и полное их политическое и социальное бессилие. А на бессильных даже слабосильные смотрят сверху вниз. А криминально организованные народы – тем более.

Если же к сказанному добавить, что российские народы, как правило, не знают катастрофического характера русской истории, то их презрение к русским будет ещё понятнее.

Русские, как замечено уже давно, отличались от других народов куда большей критичностью по отношению к самим себе. Но эта самокритичность, доходившая иногда до русофобии, сочеталась у них со столь же односторонним восхвалением себя и своей страны. Русскими было сделано множество метких замечаний о своих достоинствах и пороках, но целостной самооценки русский народ так и не выработал. Не выработал зрелой, т.е. взвешенной и развитой, мысли о самом себе, которая правильно ориентировала бы его представителей в самых важных вопросах. И тем самым творила бы русское национальное единство.

Идейная рознь в русском народе нарастала в ходе его истории и стала главной причиной его катастрофы. Пренебрежение к выработке зрелой русской национальной идеологии – вот, думается, главный порок русского народа. Его грех – и перед Богом, и перед самим собою, и перед другими народами. В русском народе было слишком много самых разных чувств и слишком мало национальной мысли.

Не было взвешенной оценки своих национальных достоинств – не было и работы по их развитию. Не было взвешенной оценки своих пороков – не было и работы по их искоренению. А потому эти пороки, подобно сорнякам, заглушали наши национальные достоинства чем дальше тем больше.

Но если русский народ не выработал зрелой мысли о самом себе, то мог ли он выработать зрелые мысли о соседних с ним народах? А если не сделал этого, то справедливо ли теперь обвинять их в том, что они не доросли до уровня, до которого не дорос он сам?

Мне могут возразить опять, сказав, что несправедливо уравнивать грехи русского народа с грехами, например, хищных кавказцев, захвативших наши рынки (да и не только рынки) и использующих беспомощное положение русского населения для его эксплуатации и глумления над ним. Русские в своём прошлом (не говоря уж о современном их положении) не захватывали чужих рынков, не грабили иноплеменников и не глумились над ними.

Различие есть? Есть. И оно огромно.

Кроме того, скажут мне, проникновение русских в жизнь российских народов, имевшее место в прошлом, происходило на взаимной основе: проникновение российских иноплеменников в русскую жизнь было ничуть не меньшим. А что теперь? Теперь оно происходит в одностороннем порядке, и русских при этом на их же земле теснят и кабалят приезжие иноплеменники.

Различие есть?.. Есть. И оно огромно.

И ещё, скажут мне, такая подробность: советские русские, приезжавшие по распределению после вузов на нерусские окраины, не сомневались в том, что несут проживавшим там народам добро. Поднимают их из невежества и нищеты к достойной человека жизни. И они действительно сделали для них много в хозяйственном и научно-техническом отношении. И даже, в каком-то смысле, в культурном отношении: через русский язык и русскую культуру открыли им доступ к мировой культуре. Причём эта помощь оказывалась за счёт русского народа, прозябавшего, в своей массе, в той же самой материальной нищете, если не в большей, и почти в том же самом невежестве культурном.

Статистика последних лет советской истории показала, что даже по уровню образования русские оказались на одном из последних мест среди народов СССР /2/.

А что получил «старший брат» за свою помощь?.. Когда рухнула советская власть, то русских стали оскорблять, грабить, а то и убивать, чем вынудили их бежать с насиженных мест на родину. Или, за невозможностью бежать, терпеть унижения и мечтать о таком бегстве.

Различие есть?.. Есть. И оно огромно.

Не замечать этого различия могут только недобросовестные люди.

Так, думается, возразят мне. И я соглашусь почти полностью со сказанным выше, но лишь с такими существенными оговорками.

Нельзя фокусировать внимание на одной половине правды, какой бы правдивой она ни была. В отношениях между русскими и не русскими была и другая правда, которую русские, как правило, не понимают, а российские народы понимают и тоже фокусируют на ней своё внимание.

В чём состояла эта другая половина правды?

Обратной стороною русской помощи в советское время было разрушение национальных устоев российских народов. Какими бы неидеальными, с нашей точки зрения, эти устои ни были, но они были, и они держали традиционную культуру этих народов. А советские русские, при всех их благих намерениях, оказывались в этих традиционных культурах чужеродными телами. И не только чужеродными, но и беспочвенными духовно. Они вторгались в традиционный мир и подтачивали его самим характером своего мышления и соответствующими ему нормами своего поведения. Помешать этому вторжению иноплеменников российские народы не могли, потому что за советскими русскими стояла могучая советская власть. А копить свою неприязнь к ним, переходящую в ненависть, они могли, хотя и скрывали её до времени.

И лишь когда советская власть рухнула, проявили свою вражду открыто.

Но была не только вражда к русским. Было ещё и презрение к ним, не знавшим ни Бога, ни твёрдых нравственных правил в жизни. Половая распущенность русских женщин и попустительство им по этой части со стороны русских мужчин не сознавались самими русскими, а представители традиционной половой нравственности хорошо сознавали этот порок. Да и многое другое в русской жизни, порождённое духовной беспочвенностью советских русских, видели тоже. И эти пороки не вызывали у представителей традиционной нравственности ничего, кроме презрения и насмешек.

Духовное разрушение русского народа началось задолго до 1917 года, но затем приняло катастрофические размеры. Советская нравственность строилась на безбожии, на космополитически понятом интернационализме и на отрицании духовных основ семьи. Поэтому советская нравственность не могла быть крепкой. О её слабости свидетельствовали не только бесчисленные в ней прорехи ещё в советское время, но и то, с какой лёгкостью отказалось от неё в ходе «перестройки» подавляющее большинство членов КПСС и комсомола. Не говоря уж об остальном населении.

Эта беспочвенная нравственность внедрялась в советские годы с особой настойчивостью именно в русский народ. Другие советские народы щадились под предлогом их отсталости и неготовности к полному очищению от их национальных предрассудков. А с русским народом не церемонились. Он был «готов». Его объявили готовым и передовым на пути к светлому будущему, в котором не будет ни религий, ни наций, ни, может быть, даже семьи и государства. Когда все заживут в хрустальных дворцах-муравейниках в полном довольстве и в полной гармонии друг с другом.

Когда же эту лапшу сняли с русских ушей, то оказалось, что в русских умах нет ничего, кроме идейного хаоса, из которого каждый волен выбирать любые идеи по своему вкусу в качестве личных своих ориентиров. А поскольку способность думать самостоятельно о важных вещах была отбита у советских русских почти полностью, то и свободный выбор ими своих идейных ориентиров оказывался фиктивным. На самом деле старую лапшу сняли с их ушей только для того, чтобы навесить на них новую, уже, якобы, либеральную. Либеральную по её внешности, но тоталитарную по её сути.

Что роднило эти два вида идейной лапши, так это их безбожие, космополитизм и отрицание основ семьи. Эти отрицательные идеи выражены по-разному в марксизме и в либеральной идеологии, но суть их одна.

И от этого второго вида идейной отравы, как и от первого, нерусские народы бывшего СССР были более защищены, нежели русское население. Защищены тем, что сохранили в гораздо большей степени, чем русские, своё национальное сознание.

Кроме того, немаловажно ещё и то обстоятельство, что после краха СССР всем его народам позволили иметь свою национальную власть в их автономиях и республиках, а русскому народу не позволили.

А национальная власть (даже при всех её пороках, когда они есть) это сила, возрождающая национальное сознание в представителях народа. А потому и возрождающая их религиозно и семейно.

Русские оказались (в силу особенностей их характера и других причин, рассматривать которые здесь не место, потому что это большая тема) наиболее отторгнутыми, по сравнению с другими народами России, от религиозных и национальных основ жизни. Особенно в годы советской власти и в последующие годы. А потому и стали не только лёгкой добычей для самых корыстных российских народов, но и угрозой для всех российских народов вообще. Угрозой в качестве носителей безбожия, космополитизма и семейной анархии. Угрозой в качестве проводника растленной псевдокультуры Запада. А если так, то должно быть понятно враждебное и презрительное отношение к русским огромного множества нерусских россиян.

Если бы русские предстали перед ними в лучшем своём виде, то и отношение к ним было бы совсем другим. Они стали бы примером для них, и российские народы свободно подстраивались бы к ним ради общих их интересов. Но действительность не такова.

Вражда и презрение к русским со стороны россиян имеют во многом высокое происхождение. Во многом, но далеко не во всём. Высокие начала здесь сочетаются у российских народов с началами низкими, незаметными для них самих в силу неразвитости их собственного национального сознания. Российские народы (если не все, то многие из них) привыкли уважать силу, а бессильных презирать и пользоваться их бессилием. Внутреннее противоречие этих двух начал не сознаётся ими по той причине, что привыкшим к национальному эгоизму сознавать его не только трудно, но и невыгодно. Инерция национального эгоизма велика. А сочетать свой национализм со своим эгоизмом, наоборот, очень удобно. Потому что национализм, так или иначе, организует народ, а эгоистический характер этого национализма оправдывает паразитические инстинкты народа по отношению к другим народам. Оправдывает или маскирует.

Однако, осуждая в принципе национальный эгоизм, следует сказать два слова и в его оправдание.

Чем меньше народ и чем слабее, тем он уязвимее со стороны его соседей. Особенно больших и сильных. И тем меньше у него сил думать масштабно, думать о всечеловеческих проблемах. Тем меньше у него сил заботиться не только о себе. Это первое оправдание.

А вот второе: национальный эгоизм, при всей его порочности, не так порочен, как национальный нигилизм. Национальный эгоизм это меньшее зло по сравнению с космополитизмом. Национальный эгоизм внутренне противоречив. Это ещё эгоизм, но это уже и отрицание эгоизма. Это болезнь, но это болезнь ЛЮБВИ к своему народу. В национальном эгоизме уже преодолевается эгоизм личный. В нём есть жертвенность за свой народ. Национальный эгоизм, пусть и не лучшим образом, связывает человека с Богом, организует человека религиозно, национально, общинно и семейно, а эгоизм личный не организует его никак. Или, точнее, организует его лишь внешне. Законченные эгоисты подчиняются принятым в обществе нормам жизни, но не потому, что их ценят, а ради собственного удобства. Внутренне они свободны от всех нравственных и правовых норм. Если им это будет выгодно, они предадут своих ближних и всё общество в целом. Предадут их тайно, а то и явно.

Но и здесь тоже не всё так просто. Здесь тоже свои нюансы и противоречия. Большинство современных российских (и особенно русских) эгоистов это эгоисты бессознательные и непоследовательные. Это эгоисты не столько по своему внутреннему складу, сколько в силу сложившихся обстоятельств. Торжество капитализма в бывшем СССР породило такие условия жизни, которые принудили подавляющее большинство его населения забыть обо всём, кроме личных и семейных их интересов. Это торжество капитализма искусственно опустило многих в нравственном и умственном отношении. Но далеко не всех. И даже тех, кого оно опустило, не сделало такими же сознательными и законченными эгоистами, какие сформировались на Западе на протяжении веков. В наших эгоистах ещё не исчезли остатки традиционных христианских чувств и представлений о жизни. Не исчезли в такой степени, в какой они исчезли в бывших западных народах.

Они не исчезли полностью, но при отсутствии праведных идейных и организационных опор эти остатки обречены на дальнейшее таяние и образование на их месте уже вполне сознательных и законченных эгоистических установок.

Вот какие сложности связаны с попыткой определить нравственные различия между народами. И я перечислил эти сложности, конечно, не полностью. Однако и сказанного, думается, достаточно для того, чтобы сделать такой вывод:

Идейная слепота характерна сегодня для всех: и для русских, и для не русских. Она разнотипна, и у кого её больше – это вопрос. Чьи грехи тяжелее – тоже вопрос. Каждый народ видит своё прошлое и настоящее по-своему, с приятной для себя стороны. Свои пороки видятся в уменьшенном виде или не замечаются вообще, а чужие видятся в раздутом виде. А свои и чужие достоинства оцениваются тоже по-разному. Свои достоинства ценятся высоко, а чужие дёшево или даже просто не замечаются.

Кроме того, каждый народ, как можно предположить, старается объяснить свои пороки внешними обстоятельствами, принуждавшими его вести себя именно так, как он себя вёл, а не иначе. А о том, что и другие народы тоже сгибались под тяжестью внешних для них обстоятельств, как-то не интересно думать

В том, что внешние обстоятельства действительно влияли и влияют на характер и образ жизни народов – как сомневаться? Но, признав этот факт, приходится признать бессилие человеческого ума разобраться не только в чужих грехах, но и в своих собственных. Как определить меру свободы, которая оставалась и остаётся в каждом народе при его зависимости от внешних обстоятельств?

«НЕ СУДИТЕ, ДА НЕ СУДИМЫ БУДЕТЕ». Эти евангельские слова, думается, относятся не только к отдельным людям, но и к отдельным народам. Нашего человеческого ума не хватает для верной оценки всякого человека и всякого народа. Определить действительную степень их свободы (и, следовательно, их ответственности) может лишь Бог.

Но как же быть нам тогда? Как это можно – не судить? Это значило бы отказаться от своего разума и от законов, организующих общество. Или не значит?.. Нет, не отказа от собственного разума требует этот текст. Для нас неизбежны как личные наши суждения, так и общественные суды – церковные, государственные и другие. Они неизбежны, но оправданны лишь при понимании нами того, что это несовершенные человеческие суды, а совершенный суд Божий ещё впереди. Он завершит нашу историю и устранит всякую неправду.

Сказанное не означает, что все человеческие суждения непременно ложны. Они могут быть и правильными, полностью или во многом, но могут при этом выглядеть в чьих-то глазах явно ложными. Они могут быть и ложными в корне, хотя могут казаться кому-то чистой правдой. Однако чаще всего в человеческих суждениях правда и ложь перемешиваются в разных пропорциях.

Понимание несовершенства человеческих судов смиряет людей. Оно побуждает их думать не столько о чужих грехах, сколько о своих собственных. И в этом спасение – как людей, так и народов. Здесь начало их нравственного выздоровления и подъёма на более высокий уровень в умственном отношении.

Осознание своих грехов это начало исцеления от них, а исцеление делает людей и народы более жизнеспособными. Сосредоточенность же на чужих грехах не исцеляет, это причина продолжения их гниения.

Хотя чужие грехи тоже надо знать, чтобы правильно ориентироваться в этом мире. Однако без преимущественного знания своих собственных грехов и без работы по их искоренению знание чужих грехов не только не спасительно, оно опасно. Оно провоцирует в грешных людях худшие их способности. Преимущественное знание своих собственных грехов обеспечивает людей духовным иммунитетом против заражения чужими духовными болезнями.

Если народы усвоят эту истину, то начнут избавляться от своих национальных грехов и тем самым от взаимной вражды. Начнут сплачиваться против врагов человечества. Это будет подъём на ещё небывалый уровень их исторической жизни.

А если не усвоят, то сгинут. Одни сгинут раньше, другие позже, и в этом вся разница.

Будущее зависит от самих людей, т.к. Бог дал им свободу. Но каким оно будет – мы не знаем. Мы не знаем, как поведут себя наши современники и последующие поколения. Об этом знает лишь Бог.

Но для того, чтобы будущее людей и народов состоялось, требуется одно непременное условие. Люди должны знать, каким должно быть их желанное будущее. Какими должны быть пути к нему. Должны знать, чтобы общими усилиями помогать этому будущему родиться. А для того, чтобы знать, должны думать о нём, обсуждать его, вычерчивать всё более правильные его черты. Сделать построение желанного будущего главной целью своей личной, семейной, общинной, национальной и общечеловеческой жизни.

Итак, мы вернулись к тому, о чём уже говорилось раньше. Но вернулись с несколько большим пониманием того, почему народы должны не консервировать свои привычные отношения друг с другом, а подниматься на более высокий уровень по этой части. И сворачивать ради этого свои претензии друг к другу. Как это ни трудно. Перед лицом общей смертельности опасности надо кончать со старыми их счётами. Кто кому сколько должен. Пусть эти счёты предъявит каждому народу Господь Бог на Страшном суде.

7. О национальной самообороне

А теперь о том, как сочетать организацию союза народов с организацией самообороны против агрессивных иноплеменников.

В условиях, когда государственная власть проводит политику геноцида русского народа; в условиях, когда представители государства зависимы от этой политики и боятся защищать законные русские интересы; в условиях, когда представители государства, как правило, коррумпированы и, кроме того, запуганы преступными этническими организациями, паразитирующими на разрозненном русском населении, русским людям не остаётся ничего другого, как объединяться ради защиты своей чести и своей безопасности.

Такая самооборона оправдана нравственно и потому должна быть оправдана также и с юридической точки зрения. В том, разумеется, случае, если имеет своей целью действительно самооборону, а не ответные агрессивные действия против иноплеменников под предлогом самообороны.

Но как определить разумные формы самообороны? Это не всегда легко, но стремиться к этому надо. Самооборона должна быть равной степени агрессии. Если она будет превосходить эту степень, то превратится в разжигание национальной розни. А если не будет достигать этой степени, то будет провоцировать преступников на новую агрессию. Вот тут и думай, как определить разумную её меру.

Если русских, например, бьют кулаками и ногами, то кулаками и ногами следует отвечать насильникам. А для того, чтобы отпор был убедительным, надо отрабатывать заранее как отдельные приёмы борьбы, так и общие схемы схваток. Стараться определять заранее возможных агрессоров, возможные типы агрессии и готовить на каждый из них достойный ответ.

Надо знать, что главной причиной агрессии является бессильное состояние русского населения. А причиной его бессилия являются его разрозненность и сопутствующая ему безнравственность. Это взаимосвязанные вещи. Чем организованнее и нравственнее будут русские, тем они будут сильнее. А потому и нападений на них будет меньше. Или их не будет вообще. Значит, чтобы прекратить межнациональные конфликты, недостаточно иметь сильные кулаки. Надо заранее организовывать себя правильно в самых разных отношениях.

В каких, например?

Надо заранее создать систему немедленного оповещения милиции и местного населения о возникшем межнациональном конфликте и точном его месте, чтобы как можно быстрее стянуть к нему как можно больше людей с целью его погашения. Стянуть – и в качестве физической силы, способной разнять конфликтующих, и в качестве свидетелей, способных не допустить ложного освещения хода конфликта. Поэтому свидетели должны быть, по возможности, с фотоаппаратами и видеокамерами, а также с мобильными телефонами, чтобы уже с места события продолжать обзванивать своих знакомых, редакции газет и администрацию (номера их телефонов должны быть заранее занесены в записные книжки). Чем больше будет свидетелей, тем лучше. Тем меньшей будет вероятность того, что преступники пустят в ход ножи, биты, железные прутья и огнестрельное оружие. Тем большей будет вероятность того, что свидетели запомнят лица преступников и номера их машин. Следствие только выиграет от обилия информации такого рода.

Далее. Надо создавать и совершенствовать систему обучения местного населения законам по части правопорядка и, в частности, знаниям того, какие действия допустимы при самообороне, а какие недопустимы.

Невежество есть слепота. Невежды в юридических вопросах делают ошибки, а их противники пользуются этими ошибками для осуждения этих невежд. Невежды не понимают ошибок своих противников, а потому не способны использовать их в борьбе с ними. Невежество в юридических вопросах это бессилие, а зачем оно нужно русским людям? Им нужно наращивать свою силу в самых разных отношениях, и в юридическом отношении тоже.

В-третьих. Русские люди в подавляющем своём большинстве невежественны по части того, что происходит сегодня с ними самими, что происходит в нашей стране и во всём мире. Информации по этой части так много, что неподготовленный человек теряется в ней, как ребёнок в диком лесу. Тем более, что из неё изъята самая важная её часть – религиозно-национальные истины о смысле человеческой жизни, о правильном её строе и причинах нравственной деградации современного человека. Поэтому русские люди в своём большинстве не понимают, почему русское население вымирает, почему оно бессильно, почему наши семьи распадаются, почему наша милиция и наши чиновники коррумпированы, и т.д. Не понимают того, что нас ждёт впереди, если это положение не изменится к лучшему. И, самое главное, не понимают, что надо делать для того, чтобы изменить его в лучшую сторону.

Непонимание всего этого есть глубинная причина социальной пассивности подавляющего большинства современных русских. А при социальной пассивности невозможна и правильная национальная самооборона. Все будут продолжать думать лишь о самих себе и своих семьях. Не понимая того, что человек, семья и общество это взаимосвязанные и взаимозависимые вещи. Что с разрушением общества загнивают нравственно и умственно и семья, и человек.

Вот почему русская самооборона невозможна без ликвидации религиозной, национальной и социальной безграмотности русских людей. Русская самооборона невозможна без организации ими в местах их проживания кружков с целью совместного самообразования. С тем уровнем сознания, на каком русские люди находятся сегодня, они обречены не только на национальное бессилие, но и на окончательное вымирание.

В-четвёртых. Русские люди должны заботиться не только о своём нравственном и умственном здоровье, но и о физическом здоровье тоже. Истинный русский человек смотрит на себя не как на свою личную собственность, которой может распоряжаться по своему желанию, а как на достояние своего народа. Как на общую собственность всех своих соплеменников и своих близких в первую очередь. Которые кровно заинтересованы в том, чтобы он был не только нравственным и разумным человеком, но и физически здоровым, физически сильным и способным их защищать и помогать им. Способным жить без посторонней помощи до 80-90 лет, а не до 40-60 лет, как это повелось сегодня. Чтобы принести как можно больше пользы своим непосредственным ближним и всему своему народу.

А для этого нужен здоровый образ жизни. Не курить, не пьянствовать и не губить своё здоровье иными способами. Не калечить друг друга в дурацких драках. А для этого надо учиться вежливости и умению держать свои чувства под контролем разума.

Молодёжь должна заниматься спортом и военной подготовкой. Бегать, прыгать, играть в футбол и другие коллективные игры. Алкоголики, инвалиды, трусливые, хилые и женоподобные мужчины, по существу, уже не мужчины. Это выродившиеся мужчины. Они не способны защищать ни свой народ, ни своих соседей (надо налаживать добрососедство), ни даже своих жён и детей. При таких псевдо-мужчинах женщины становятся мужеподобными, что лишь увеличивает общее уродство и общую разруху.

О русских женщинах. Они должны понять, что от них зависит во многом сила русского народа. От них зависят во многом духовное состояние их мужей и характер воспитания их детей.

Надо не топить своих мужей своим эгоизмом и блудливым поведением, а, наоборот, поддерживать их в их усилиях правильно организовывать себя, свою семью и русскую жизнь. Без женской помощи это трудное дело одни мужчины сделать не могут.

И детей своих надо воспитывать не как теперь – приспособленцами к безбожному миру, а в думах о смысле жизни, о Боге и русском народе. В думах о правильном личном, семейном и национальном строе жизни. Матери должны воспитывать своих детей уже с раннего возраста начинающими русскими националистами, а для этого сами должны быть русскими националистками. Что невозможно без собственных размышлений о высоких предметах и без совместных размышлений на эти темы со своими мужами, родными и близкими. Эти совместные размышления должны стать нормой русской семейной жизни. Они будут стягивать членов семьи, родственников и соседей в одно духовное целое и делать их тем самым сильными.

Русские женщины должны рожать больше детей. Как это ни трудно в современных условиях. Но Бог помогает праведным, а неправедных наказывает. Русские женщины должны осознать, что без трёх детей в каждой русской семье русский народ исчезнет. Что нравственный мир, связанный с детьми, мужем, родственниками и соседями, с их общим служением своему народу и своему Богу, есть ценность подлинная, которую надо выращивать общими усилиями. А мир современный, в котором нет святынь, в котором всё покупается и продаётся, при всём его внешнем блеске, гибель для всех.

Вот, думается, главное направление в организации русской самообороны. Она должна стать частью работы по самоорганизации русского населения в русский народ. В противном случае она принесёт больше вреда, чем пользы, и со временем увянет вместе с увяданием всего русского национального движения.

Русской самоорганизации нет альтернативы.

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Сам Гитлер фашистом не был, он презирал фашистов, хотя и был, по политическим соображениям, в союзе с ними. Местом торжества фашизма была муссолиниевская Италия, идеология и практика которой существенно отличались от гитлеровских.

Но советская пропаганда, которую не устраивало слово «социализм» в самоназвании гитлеровской партии, называла Гитлера и его последователей не иначе, как «фашистами», наделяя тем самым фашизм не свойственными ему чертами.

В фашизме не было ни антихристианства, ни расизма, столь характерных для Гитлера. В фашистской Италии гонения на противников режима не шли ни в какое сравнение с гонениями на них в гитлеровской Германии и в СССР. Антифашистов высылали за границу, ссылали на острова Средиземноморья и в деревни. Муссолини, как пишет английский исследователь его жизни, «не был жестоким, и в этом общественная оценка его деятельности справедлива» (К. Хилберт «Бенито Муссолини». Москва, РОССПЭН, 1996, с. 71).

А социальная политика Муссолини была такой, что фашистов поддерживало практически всё население страны. Но союз с Гитлером стал катастрофой для Муссолини. Известный писатель-антифашист, Альберто Моравиа, выразил эту мысль в таких словах: «Если бы его внешняя политика была такой же умной, как внутренняя, то, думаю, он и сейчас был бы дуче» (там же, с. 76).

Посетивший Рим в 1927 году У. Черчилль сказал, что «если бы он был итальянцем, то не снимал бы с себя фашистской чёрной рубашки», а Ллойд Джордж публично согласился с Черчиллем в том, что корпоративная система «является весьма многообещающей концепцией» (там же, с. 94).

Муссолини и его внутреннюю политику нельзя идеализировать, но нельзя и перечёркивать то хорошее, что он сделал. Придя к власти, он расправился с мафией, которая терроризировала до этого страну. Он ликвидировал зависимость итальянской экономики от международного капитала и подчинил в достаточной для своего времени степени итальянских капиталистов интересам рабочих и государства. Осуществил плановое развитие экономики, развернул программу общественных работ, не имевшую аналога в предыдущей мировой истории. При нём были законодательно утверждены восьмичасовой рабочий день, компенсации по болезням, пенсии по старости, выплаты по материнству, ежегодные отпуска. При нём был повышен уровень жизни населения, развёрнуто культурное строительство, осуществлён доступ населения к ценностям культуры.

Поэтому отождествлять фашизм с наихудшими проявлениями зла, как это принято сегодня в СМИ, значит сознательно морочить свою аудиторию.

2. Доктор юридических наук Г.И. Литвинова на основе официальных данных, малодоступных для неспециалистов, показала, что русский народ – самый ограбленный и самый бесправный среди народов СССР. «Современная Российская Федерация, – писала она, – это государство, в котором в мирное время из 700 тыс. сёл уничтожено 580 тысяч… По числу лиц с высшим образованием на душу занятого населения русских перегнали даже народы, не имевшие в начале 20-х своей письменности, не имевшие ни одного грамотного. Некоторые из них перегнали русских по этому важному показателю в полтора-два, а то и в три раза… Темпы развития России, а в её рамках русских областей, на протяжении всех десятилетий советской власти стабильно ниже общесоюзных. Ныне в СССР действуют 34 национальные республиканские конституции (от азербайджанской до якутской), но русской среди них нет, как нет и национальной государственности… Считается, что нет – и не надо. Что о русских центр позаботится. Простите, но мы это уже проходили. Центр способен лишь (как и прежде) позаботиться о том, чтобы как можно больше выжать из беззащитных, доведённых уже до вымирания русских краёв и областей, используя русских и их природные богатства в качестве безвозмездного донора. Но пора понять, что донор давно уже обескровлен, еле жив… Думается, что всё дело в геноциде русского народа, начатом с первых лет советской власти…» (Галина Литвинова «ДЛЯ БЛАГА РОССИИ», Москва, 1993, стр. 17, 25, 26, 27).

16 сентября 2009 г.

http://shimanov.narod.ru/O_pravilnom_i_nepravilnom_nacionalizme.htm

http://shimanov.narod.ru